Arms
 
развернуть
 
694420, г. Александровск-Сахалинский, ул. Советская, д. 7 А
Тел.: (42434) 4-49-36
alexandrovsk@sud-sakh.ru
схема проезда
694420, г. Александровск-Сахалинский, ул. Советская, д. 7 АТел.: (42434) 4-49-36alexandrovsk@sud-sakh.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Бюллетень Сахалинского областного суда за II квартал 2012 года

БЮЛЛЕТЕНЬ

САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

2 квартал 2012 года

 

Судебная практика по уголовным делам

 

 

В соответствии с ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Расхождение адвоката с позицией его подзащитного недопустимо.

 

 

Приговором Холмского городского суда от 17 октября 2011 года К. был осужден по п. «а» ч. 2 ст. 161, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

В кассационном порядке приговор не проверялся.

Президиум Сахалинского областного суда, отменяя приговор в части осуждения К. по п. «в» ч. 2 ст.158 УК РФ, указал следующее.

В соответствии со ст. 240 УПК РФ приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. В судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев рассмотрения дела в особом порядке.

Как следует из приговора суда, в подтверждение своих выводов о виновности К. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд сослался на показания потерпевшей С., свидетелей И. и С., а также на показания самого К., указав, что последний в судебном заседании вину в краже признал полностью и показал, что кражу совершил при обстоятельствах, указанных в обвинительном заключении.

Однако из протокола судебного заседания следует, что потерпевшая и свидетель И. в судебном заседании не допрашивались, их показания не оглашались, а, следовательно, и не исследовались судом в ходе судебного разбирательства, а К. в суде вину признавал частично, не уточняя по какому преступлению, и по факту кражи каких-либо пояснений не давал.

Не исследовались в суде и показания С., на которые в приговоре по факту кражи сослался суд, а оглашались лишь показания последнего, затрагивающие обстоятельства открытого хищения имущества.

Между тем данные доказательства имели существенное значение для правильного разрешения дела, поскольку К. в ходе всего предварительного следствия отрицал свою причастность к совершению кражи, а в суде каких-либо показаний по факту кражи не давал и виновным себя в краже не признавал.

Наряду с этим, несмотря на занятую подсудимым К. позицию, адвокат Г., защищавший интересы К. в суде, в прениях заявил о своем согласии с квалификацией действий подсудимого, предложенной государственным обвинителем, в том числе и по п. «в ч. 2 ст. 158 УК РФ. Таким образом, адвокат вошел в противоречие с позицией своего подзащитного и фактически отказался от защиты интересов К., что является недопустимым и нарушает право подсудимого на защиту.

С учетом изложенного президиум отменил приговор суда и направил дело на новое рассмотрение.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 37УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны.

 

Приговором Анивского районного суда от 15 марта 2012 года Т. осужден за убийство Б. по ч. 1 ст. 105 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

Судебная коллегия по уголовным делам Сахалинского областного суда отменила приговор с прекращением производства по делу за отсутствием состава преступления в действиях Т., указав следующее.

Как было установлено судом и не оспаривалось сторонами,  Б.  незаконно  ночью проник в жилище  Т., где стал избивать последнего тростью по голове, требуя передачи ему пенсии. После того, как Т.  отобрал у нападавшего трость и потребовал покинуть дом, Б. продолжил свои противоправные действия, направленные на завладение денежными средствами осужденного, сопровождая их высказыванием о применении физического насилия. Воспринимая угрозу реально, Т. в ответ нанес один удар ножом в грудь нападавшего, что повлекло смерть Б.

В соответствии с ч. 1 ст. 37УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

С учетом того, что нападение было совершено ночью, внезапно, с проникновением в жилище Т., сопровождалось применением насилия, неожиданным для спавшего Т., нападавший  был здоровый, молодой мужчина в возрасте 27 лет, а Т. являлся пожилым человеком в возрасте 69 лет, и в доме никого не было, кто мог мы оказать ему помощь, судебная коллегия признала, что Т. в сложившейся ситуации действовал в состоянии необходимой обороны, а поэтому нанесение одного удара ножом нападавшему являлось правомерным и исключает уголовную ответственность.

 

Несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного виновной наказания повлекла отмену приговора.

 

Приговором Южно-Сахалинского городского суда от 22 августа 2011 года  А. осуждёна по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по 2 эпизодам), по ч. 2 ст. 228 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. На основании ст. 82УК РФ реальное отбывание наказания А. отсрочено до достижения её сыном четырнадцатилетнего возраста.

Судебная коллегия, признав обоснованным довод кассационного представления о несправедливости назначенного А. наказания вследствие чрезмерной мягкости, отменила приговор в отношении А. по следующим основаниям.

По смыслу закона основанием для отсрочки отбывания наказания является убеждение суда в правомерном поведении осужденной и возможности исправиться без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием своего ребенка. К такому убеждению суд приходит на основе учета характера и степени тяжести совершенного преступления, условий жизни на свободе, анализа данных о самом лице и его поведении.

Принимая решение о назначении А. наказания, суд учел отсутствие отягчающих обстоятельств и наличие смягчающих наказание обстоятельств - полное признание вины и раскаяние в содеянном, способствование расследованию преступления, принесение явки с повинной, наличие у А. двух малолетних детей и матери-инвалида, а также принял во внимание, что, несмотря на то, что А. в течение 3-х месяцев не проживала совместно с детьми, употребляла наркотические средства, родительских прав она не лишена, согласно акту обследования жилищных условий все необходимое для воспитания детей есть, А. состояла в родительском комитете, в настоящее время проживает с детьми и мужем, занимается воспитанием детей, согласно решению суда обязана к выплате алиментов, что, по мнению суда, является основным побуждающим моментом к ее трудоустройству, а ответственность за уклонение от уплаты алиментов и воспитания детей - к законопослушному образу жизни.

Однако, приходя к выводу о возможности исправления и перевоспитания А. без изоляции от общества, суд в нарушение положений действующего закона фактически проигнорировал как характер общественной опасности совершенных осужденной преступлений, так и их степень, которые относятся к категории особо тяжких, направленных против жизни, здоровья и общественной нравственности населения, наказание за которые предусмотрено до 20 лет лишения свободы, а также конкретные обстоятельства содеянного.

Суд не в полной мере учел данные о личности А., которая длительное время употребляет наркотические средства; состоит на учете с диагнозом: употребление опиатов с вредными последствиями для здоровья; по месту жительства характеризуется отрицательно - в 2010 году привлекалась к административной ответственности по ст. 5.35 КоАП РФ, за неисполнение родителями несовершеннолетних обязанностей по содержанию и воспитанию детей; по решению Южно-Сахалинского городского суда от 01.06.2011 года семья А. состоит на учете в отделе опеки и попечительства, комиссии по делам несовершеннолетних администрации г. Южно-Сахалинска, в ОДН УВД по г. Южно-Сахалинск, как находящаяся в социально-опасном положении; А. страдает наркозависимостью; образ жизни и избранное ею окружение не позволили преломить ситуацию в лучшую сторону и вернуться в семью к детям; А. с детьми не общается, не занимается их воспитанием, имеет алиментную задолженность с 17.12.2010 года.

Согласно решению Южно-Сахалинского городского суда от 01.06.2011 года с А. взысканы в пользу ее двоих несовершеннолетних детей алименты.

А. предупреждалась о необходимости изменить свое отношение к воспитанию и содержанию несовершеннолетних детей. Несмотря на это, продолжила злостно уклоняться от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей, за что приговором мирового судьи от 02.02.2012 года была осуждена  по ч. 1 ст. 157 УК РФ.

Суд не проверил надлежащим образом показания А. о том, что она проживает совместно со своими детьми, проходит лечение в наркологии и наркотики не употребляет.

Вместе с тем из показаний матери А. - свидетеля Г. следовало, что ее дочь с мужем и детьми не живет, не работает, так как находится в отпуске по уходу за ребенком, дети находятся у бывшего мужа, а А. проживает с другим мужчиной.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признала вывод суда первой инстанции о возможности применения к А. положений ч. 1 ст. 82 УК РФ преждевременным и ошибочным, отменила приговор в отношении А. за мягкостью назначенного ей наказания.

 

При назначении наказания в виде ограничения свободы суд в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ должен установить осужденному конкретные ограничения.

 

Приговором мирового судьи мирового судьи от 6 сентября 2011 года К. осужден по ч. 1 ст. 119 УК РФ (по трем эпизодам) к ограничению свободы сроком на 8 месяцев за каждое преступление, в соответствии с ч. 2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ - к ограничению свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

В апелляционном и кассационном порядке приговор не обжаловался.

Президиум Сахалинского областного суда, изменяя судебные решения, указал следующее.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ  ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному следующих ограничений: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в определенное время суток, не посещать определенные места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. При этом суд возлагает на осужденного обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, от одного до четырех раз в месяц для регистрации. Установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.

Согласно ч. 1 ст. 69 УК РФ при совокупности преступлений наказание назначается отдельно за каждое совершенное преступление.

В силу требований п. 4, п. 12 ч. 1 ст. 308УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным, а  также ограничения, которые устанавливаются для осужденного к наказанию в виде ограничения свободы.

В нарушение вышеуказанных требований закона, при назначении наказания в виде ограничения свободы за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, суд не установил предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ конкретных ограничений применительно к каждому преступлению, тем самым фактически не назначил К. данный вид наказания.

Не указал такие ограничения суд и при назначении наказания по совокупности преступлений по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ, а установил их лишь после назначения наказания по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ.

В силу ст. 405УПК РФ суд надзорной инстанции не вправе пересматривать судебные решения по основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, при рассмотрении дела по жалобе осужденного.

Поэтому президиум освободил К. от наказания в виде ограничения свободы, назначенного как за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, так и на основании ст. 69 УК РФ.

 

Неправильное назначение наказания в виде штрафа повлекло отмену приговора.

 

Приговором Невельского городского суда от 19 января 2012 года Р. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 2000 рублей.

Судебная коллегия по уголовным делам Сахалинского областного суда, отменяя приговор, указала следующее.

В соответствии с ч. 2 ст. 46Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального законаот 4 мая 2011 года N 97-ФЗ) минимальный размер штрафа не может быть менее 5 000 рублей.

Преступление Р. совершил в период с 20 по 24 сентября 2011 года, то есть в период действия уголовного закона в редакции от 4 мая 2011 года. Следовательно, размер назначенного Р. штрафа не мог быть ниже 5 000 рублей.

Таким образом, суд, назначив Р. штраф в сумме 2000 рублей, то есть ниже установленного законом минимального размера, применил наказание, не предусмотренное уголовным законом.

Поэтому судебная коллегия по представлению государственного обвинителя отменила приговор суда и направила дело на новое судебное разбирательство.

 

Неправильное установление отягчающего обстоятельства в виде рецидива преступлений повлекло изменение приговора суда.

 

Приговором Охинского городского суда от 7 ноября 2005 года И. был осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В качестве отягчающего обстоятельства суд учел наличие рецидива преступлений, определив его вид как опасный.

При этом суд исходил из того, что И. совершил особо тяжкое преступление, имея непогашенную судимость за тяжкое преступление, так как 7 апреля 1998 года он был осужден по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР к 6 годам лишения свободы.

Между тем суд не учел, что согласно положениям п. 6 ч. 1 ст. 57 УК РСФСР, подлежащей применению в силу ст. 10 УК РФ, не имеющими судимости признаются лица, осужденные к лишению свободы на срок более трех лет, но не свыше шести лет, если они в течение пяти лет со дня отбытия наказания не совершат нового преступления.

Из материалов дела следовало, что по приговору суда от 7 апреля 1998 года И. был освобожден 13 января 2000 года по отбытию срока наказания. Следовательно, срок погашения данной судимости у И. истек 13 января 2005 года.

Новое преступление И. было совершено 9 июня 2005 года, то есть после погашения судимости по приговору от 7 апреля 1998 года, поэтому суд не вправе был указывать её во вводной части приговора и учитывать в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

Поэтому президиум исключил из приговора указания о наличии у И. судимости и обстоятельства, отягчающего наказание в виде опасного рецидива преступлений, и снизил назначенное И. наказание.

 

В силу ст. 10УК РФ уголовный закон, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

 

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда от 21 марта 2012 года прекращено производство по ходатайству Б., осужденного по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, об условно-досрочном освобождении.

Судебная коллегия Сахалинского областного суда постановление отменила, указав следующее.

В соответствии со ст. 10 УК РФ обратную силу имеет уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление. Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Прекращая производство по ходатайству Б., суд указал, что в силу п. «г» ч. 3 ст. 79 УК РФ (в редакции от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ) осужденному необходимо отбыть не менее трёх четвертей срока наказания для получения права на условно-досрочное освобождение.

Однако суд не учел, что осужденным совершено преступление 2 марта 2010 года, то есть в тот период времени, когда в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 79 УК РФ (в редакции ФЗ № 25 от 9 марта 2001 года) осужденные имели право обратиться в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении после фактического отбытия не менее половины срока наказания за совершение тяжкого преступления.

Следовательно, в силу ст. 10 УК РФ на осужденного Б. не могут распространяться изменения, внесенные в ст. 79 УК РФ Федеральным Законом от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ, ухудшающие его положение.

Поэтому судебная коллегия отменила постановление суда и направила материал на новое судебное разбирательство.

 

Согласно ст. 10 УК РФ обратную силу имеет уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление.

 

Постановлением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 27 мая 2011 года частично удовлетворено ходатайство осуждённого К. о пересмотре в соответствии со ст. 10 УК РФ постановленных в отношении него двух приговоров – действия К. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ были квалифицированы в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ. В остальной части приговоры оставлены без изменения.

В кассационном порядке постановление не проверялось.

Президиум Сахалинского областного суда постановление изменил, указав следующее.

В соответствии со ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Федеральным законом № 26-ФЗ от 7 марта 2011 года «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» из санкции ч. 2 ст. 158 УК РФ исключён нижний предел наказания в виде исправительных работ, однако оснований для смягчения К. наказания в связи с внесением этих изменений в уголовный закон судом первой инстанции правильно не установлено, поскольку по приговору Анивского районного суда от 15 июня 2010 года осужденному по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ назначалось наказание не в виде исправительных работ, а в виде лишения свободы, пределы которого изменений не претерпели и остались прежними.

Этот же Федеральный закон исключил нижний предел наказания в виде лишения свободы, предусмотренного ч. 3 ст. 158УК РФ, тем самым снизив его до минимального срока, установленного Общей частью УК РФ.

Таким образом, указанный Закон смягчил назначенное К. наказание за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 158 УК РФ, а значит, имеет обратную силу.

При таких условиях, учитывая указанные обстоятельства, а также правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, высказанную вПостановлении от 20 апреля 2006 года № 4-П, касающуюся принципов применения новых законов, устраняющих или смягчающих уголовную ответственность, президиум смягчил наказание, назначенное К. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ приговором Невельского городского суда от 23 декабря 2009 года, а также назначенное на основании ст. 70 УК РФ наказание по приговору Анивского районного суда от 15 июня 2010 года.

Вместе с тем президиум отклонил доводы осужденного о пересмотре приговора  Анивского районного суда от 15 июня 2010 года с учетом изменений, внесенных в ст. 74 УК РФ Федеральным законом от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ, указав следующее.

Федеральный законот 7 марта 2011 года № 26-ФЗ действительно изменил порядок отмены условного осуждения в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного преступления средней тяжести.

Согласно новой редакции ч. 4 ст. 74УК РФ в таком случае вопрос об отмене или о сохранении условного осуждения решается судом.

Как видно из приговора суда от 15 июня 2010 года, принимая решение о назначении К. наказания и отмене условного осуждения по предыдущему приговору, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, его личность, в том числе совершение им нового преступления через две недели после условного осуждения, свидетельствующих о том, что К. не стремится встать на путь исправления.

С учетом указанных обстоятельств, судья при вынесении постановления от 27 мая 2011 года обоснованно не усмотрел оснований для изменения приговора в связи с принятием нового закона, поскольку основания повторного принятия решения об условном осуждении К. отсутствовали.

 

Судебная практика по гражданским делам

 

Прекращение производства по делу на основании заявления прокурора об отказе от иска противоречитnчасти 2 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса РФ, если об отказе от иска не заявлено лицом, в интересах которого прокурором предъявлен иск, либо его представителем.

 

28 ноября 2011 года Охинский городской прокурор в защиту интересов инвалида  М. предъявил к Государственному учреждению – Сахалинское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации иск о возложении обязанности обеспечить санаторно-курортным лечением в одном из местных санаториев за счет средств Государственного учреждения – Сахалинского регионального отделения Фонда социального страхования РФ, поскольку такое право гарантировано Федеральным законом «Об инвалидах» и предусмотрено индивидуальной программой реабилитации инвалида.

26 января 2012 года до начала судебного заседания прокурор представил в суд письменный отказ от иска, сославшись на  удовлетворение ответчиком требования в добровольном порядке.

Определением Южно-Сахалинского городского суда от 26 января 2012 года принят отказ прокурора от иска, предъявленного в интересах М., и производство по делу прекращено, а дело направлено в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 19 апреля 2012 года определение суда первой инстанции о прекращении производства по делу отменено по представлению прокурора на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ в связи с нарушением норм процессуального права.

Согласно статье 220 Гражданского процессуального кодекса РФ суд прекращает производство по делу в случае, если истец отказался от иска и отказ принят судом.

Производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается (статья 221 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае отказа прокурора от заявления, поданного в защиту законных интересов другого лица, рассмотрение дела по существу продолжается, если это лицо или его законный представитель не заявит об отказе от иска.

Судом апелляционной инстанции установлено, что М., в защиту интересов которой прокурором был предъявлен иск, отказ от иска не заявляла, в связи с чем предусмотренных статьей 220 (219) ГПК РФ оснований для прекращения производства по делу у суда первой инстанции не имелось.

 

При проведении внеочередной аттестации  в соответствии с пунктом 3 статьи 54 Федерального закона «О полиции» инспектор дорожно-патрульной службы государственнойинспекции безопасности дорожного движения при Управлении внутренних дел  по Сахалинской области, в отношении которого возбуждено уголовное дело, не может быть рекомендован для прохождения службы в полиции.

 

Инспектор дорожно-патрульной службы государственной инспекции безопасности дорожного движения при Управлении внутренних дел по Сахалинской области М. обратился к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Сахалинской области с иском о признании незаконным решения аттестационной комиссии.

В обоснование заявленного требования указал, что с сентября 2007 года он проходит службу в специализированной роте дорожно-патрульной службы государственной инспекции безопасности дорожного движения при Управлении внутренних дел по Сахалинской области. В соответствии с требованиями Федерального закона «О полиции» 18 июля 2011 года в отношении него была проведена аттестация, по результатам которой принято решение не рекомендовать его для прохождения службы в полиции, предложить продолжить службу в ином подразделении органов внутренних дел на другой, в том числе нижестоящей, должности. Это решение аттестационной комиссией мотивировано тем, что в мае 2009 года в отношении него возбужденно и не завершено уголовное дело по части 2 статьи 290 Уголовного кодекса Российской Федерации, а в силу части 3 статьи 35 Федерального закона «О полиции» не подлежат принятию на службу граждане, являющиеся подозреваемыми или обвиняемыми по уголовному делу.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 14 декабря 2011 года решение аттестационной комиссии от 18 июля 2011 года в отношении М. признано незаконным.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 10 апреля 2012 года решение суда первой инстанции отменено и вынесено новое решение об отказе М. в иске по основанию неправильного применения норм материального права с указанием на следующее.

Согласно статье 17 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации аттестация проводится в целях определения служебного соответствия сотрудника органов внутренних дел предъявляемым требованиям.

Согласно пунктам 2.2 и 2.2.3 приказа Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 марта 2011 года № 135 по результатам аттестации в отношении сотрудника соответствующей аттестационной комиссией может быть принято решение не рекомендовать для прохождении службы в полиции, предложить продолжить службу в ином подразделении органов внутренних дел Российской Федерации на другой, в том числе нижестоящей должности.

Пунктами 2, 3, 4 и 5 статьи 54 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции» предусмотрено, что до принятия федерального закона, определяющего порядок и условия прохождения службы сотрудниками органов внутренних дел, на сотрудников органов внутренних дел распространяется действие Положенияо службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1 «Об утверждении Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации», в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

Сотрудники органов внутренних дел подлежат внеочередной аттестации в порядке и сроки, которые определяются Президентом Российской Федерации.

Сотрудники органов внутренних дел, прошедшие внеочередную аттестацию, считаются сотрудниками полиции, которым присваиваются специальные звания, предусмотренные статьей 26настоящего Федерального закона, либо сотрудниками иных подразделений органов внутренних дел, которым присваиваются специальные звания юстиции или специальные звания внутренней службы, предусмотренные Положениемо службе в органах внутренних дел Российской Федерации. По результатам аттестации сотрудникам органов внутренних дел может быть предложено продолжить службу на иных, в том числе нижестоящих, должностях. За указанными сотрудниками сохраняются имеющиеся у них сроки выслуги в специальных званиях, которые учитываются при присвоении им очередных специальных званий.

Сотрудники органов внутренних дел, не прошедшие внеочередной аттестации и (или) отказавшиеся продолжить службу в органах внутренних дел на иных, в том числе нижестоящих, должностях, подлежат увольнению в установленном порядке по основаниям, предусмотреннымПоложениемо службе в органах внутренних дел Российской Федерации.

Отсюда следует, что вопрос о продолжении сотрудником милиции службы в полиции разрешается по результатам проведенной в отношении него в установленном порядке внеочередной аттестации.

В силу пункта 2 части 3 статьи 35 Федерального закона «О полиции» не могут быть приняты на службу в полицию граждане, являющиеся подозреваемым или обвиняемым по уголовному делу.

Таким образом, приведенными выше нормами в их взаимосвязи  предусмотрено, что не могут быть допущены к прохождению службы в полиции лица, впервые претендующие на поступление на службу в полицию, а также сотрудники милиции, претендующие на продолжение службы в полиции, в случае, если они являются подозреваемыми или обвиняемыми по уголовному делу.

Указанное обстоятельство не было учтено судом первой инстанции, что привело к вынесению необоснованного решения.

 

Производство по делу о признании недееспособным гражданина, который умер ко дню рассмотрения дела в судебном заседании, подлежит прекращению.

 

02 июля 2009 года Ч. обратилась в суд с заявлением о признании недееспособной И., 1919 года рождения, указав, что поведение И., являющейся её матерью, стало неадекватным, ухудшилась её память, и она перестала узнавать родственников.

В дополнительном заявлении от 01 августа 2011 года Ч. просила признать И. недееспособной с 23 сентября 2009 года - даты заключения судебно-психиатрической экспертизы.

02 сентября 2011 года И. умерла.

Судом к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены орган опеки и попечительства, департамент социальной защиты населения Сахалинской области и территориальный пенсионный орган.

Решением Корсаковского городского суда Сахалинской области от 17 ноября 2011 года И. признана недееспособной с 23 сентября 2009 года – дня составления заключения судебно-психиатрической экспертизы.

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда, рассмотрев дело в кассационном порядке, определением от 10 апреля 2012 года указанное решение Корсаковского городского суда отменила, и производство по делу прекратила по следующим основаниям.

Согласно части первой статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина) суд допускает замену этой стороны её правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В соответствии с абзацем 7 статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу, если после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство.

По смыслу статьи 29 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 281 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерациидела о признании гражданина недееспособным возбуждаются в интересах самого гражданина и правопреемства не допускают.

Между тем суд первой инстанции, удовлетворив заявление о признании И. недееспособной, положения приведенных норм не учел, что и явилось основанием к отмене принятого им решения.

 

В соответствии с частью  первой статьи 203 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление должника о рассрочке исполнения подлежит удовлетворению при соблюдении баланса прав и законных интересов как должника, так и взыскателя.

 

Вступившим в законную силу решением Северо-Курильского районного суда от 26 октября 2011 года с П.Л. и П.Т. в пользу открытого акционерного общества «Сбербанк России» в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному договору в размере 265.197 руб.

28 декабря 2011 года П.Л. обратилась в суд с заявлением о рассрочке исполнения указанного решения путем уплаты ею взыскателю ежемесячно по 5.000 рублей до погашения задолженности.

Определением Северо-Курильского районного суда от 29 декабря 2011 года заявление П.Л. удовлетворено частично и постановлено предоставить рассрочку исполнения решения, по условиям которой должник погашает долг размере 5.000 рублей ежемесячно, начиная с 29 декабря 2011 года по 29 декабря 2012 года. На оставшуюся часть долга рассрочка не распространена и остаток долга П.Л. обязана погасить до 29 декабря 2012 года.

В частной жалобе представитель открытого акционерного общества «Сбербанк России» просила об отмене указанного определения по основанию неправильного применения норм процессуального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда апелляционным определением от 17 апреля 2012 года частную жалобу удовлетворила, указав следующее.

В силу пункта 4 части первой 1 статьи 330 и статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены определения суда первой инстанции является нарушение или неправильное применение норм процессуального права.

Такое нарушение судом первой инстанции допущено.

В соответствии со статьёй 434 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного постановления, должник вправе поставить перед судом, рассмотревшим дело, вопрос об отсрочке или о рассрочке исполнения решения.

Согласно части 1 статьи 203 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, рассмотревший дело, по заявлениям лиц, участвующих в деле, либо исходя из имущественного положения сторон или других обстоятельств, вправе отсрочить или рассрочить исполнение решения суда, изменить способ и порядок его исполнения.

Удовлетворяя заявление П.Л., суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для рассрочки исполнения судебного решения. При этом принял во внимание доводы должника об её тяжёлом материальном положении, сложившемся в связи с тем, что она несет расходы на обучение сына, на оплату иных обязательств по кредитным договорам, а размер её заработной платы не позволяет исполнить решение суда по погашению долга в пользу Сберегательного банка России.

Данное определение суд апелляционной инстанции отменил и в удовлетворении рассрочки исполнения судебного решения П.Л. отказал, указав на следующее.

Исходя из приведённых выше норм, удовлетворение заявления об отсрочке или рассрочке исполнения решения суда должно носить исключительный характер, поскольку предполагает наличие для этого объективных обстоятельств, препятствующих совершению исполнительных действий и исполнению судебного решения. При этом должен быть обеспечен баланс прав и законных интересов как должников, так и  взыскателей. Рассрочка исполнения решения должна отвечать требованиям справедливости, быть адекватной и не затрагивать существо конституционных прав участников исполнительного производства.

Такая позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской    Федерации от 18 апреля 2006 года № 104-О.

Суд апелляционной инстанции установил, что в нарушение требований части первой статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации П.Л., согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, П.Л. доказательств затруднения или невозможности исполнения судебного решения без предоставления рассрочки суду не представила. То обстоятельство, что она несёт значительные расходы на удовлетворение собственных нужд, в том числе на погашение иных кредитных обязательств, судебная коллегия исключительными обстоятельствами для удовлетворения заявления о рассрочке исполнения решения не признала.

 

В случае признания жилого помещения в установленном порядке непригодным для проживания и не подлежащим ремонту и реконструкции, предоставление гражданам жилых помещений по договорам социального найма во внеочередном порядке (пункт 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации) возможно при условии соблюдения общих требований жилищного законодательства применительно к предоставлению жилых помещений по договорам социального найма  и подтверждения объективной нуждаемости в жилом помещении.

 

10 ноября 2011 года Корсаковский городской прокурор в интересах З. и С. предъявил к администрации Корсаковского городского округа иск о предоставлении указанным гражданам жилого помещения во внеочередном порядке. В обоснование иска прокурор указал, что занимаемое ими в городе Корсакове жилое помещение признано непригодным для проживания. Постановлением мэра Корсаковского городского округа от 22 апреля 2009 года З. и С. включены в список лиц для предоставления жилья вне очереди. Однако жилым помещением они не обеспечены, в связи с чем просил  возложить на администрацию Корсаковского городского округа обязанность предоставить им в границах города Корсакова вне очереди на условиях договора социального найма благоустроенное жилое помещение, отвечающее установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства, общей площадью не менее ранее занимаемого.

Решением Корсаковского городского суда от 27 декабря 2011 года прокурору в удовлетворении иска отказано.

Апелляционным определением от 03 апреля 2012 года судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда представление прокурора оставила без удовлетворения, оставив без изменения решение суда первой инстанции, исходя из следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 40 Конституции Российской Федерации малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

В силу статьи  49 Жилищного кодекса Российской Федерации по договорам социального найма жилые помещения государственного или муниципального жилищного фонда предоставляются малоимущим гражданам, признанным по установленным настоящим Кодексом основаниям нуждающимися в жилых помещениях, с соблюдением предусмотренного настоящим Кодексом порядка.

Нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, в том числе  признаются граждане, проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям (пункт 3 части 1 статьи 51 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Порядок предоставления жилых помещений  по договорам социального найма гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях определен в статье 57 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 части 2 данной статьи предусмотрено предоставление вне очереди по договорам социального найма жилых помещений гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся, жилые помещения которых признаны в установленном порядке непригодными для проживания и ремонту или реконструкции не подлежат.

Таким образом, из приведенных норм в их взаимосвязи следует, что право на предоставление жилых помещений по договору социального найма вне очереди на основании пункта 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса РФ признается за гражданами при условии соблюдения общих требований жилищного законодательства применительно к предоставлению жилых помещений по договорам социального найма, т.е. при условии, что эти граждане в установленном порядке признаны малоимущими, являются нуждающимися в жилом помещении и состоят на учете в качестве таковых.

По делу установлено, что З. и С. проживают в жилом помещении, которое заключением межведомственной  комиссии  от 23 января 2009 года признано непригодным для проживания.

Вывод о том, что жилое помещение ремонту или реконструкции не подлежит, в заключении межведомственной комиссии отсутствует.

З. и С. в установленном порядке в целях предоставления жилого помещения на условиях договора социального найма малоимущими не признаны.

Исходя из приведенных норм и установленных по делу обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, суды сделали вывод об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения заявленного прокурором в интересах З. и С. иска.

Этот вывод, как указано в судебных постановлениях, согласуется с позициейКонституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 05 марта 2009 года № 376-О-П по делу по жалобе гражданина Алексеева Романа Владимировича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации.

 

Судебная практика по делам об административных правонарушениях

 

При назначении иностранному гражданину или лицу без гражданства административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации судья обязан указать форму выдворения - принудительное выдворение или контролируемый самостоятельный выезд из Российской Федерации, и в случае принятия решения о принудительном выдворении за пределы Российской Федерации в целях исполнения данного наказания судья вправе применить к таким лицам содержание в специальном учреждении.

 

Постановлением судьи Поронайского городского суда от 12 апреля 2012 года Н. привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 2000 рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации.

На указанное постановление заместителем начальника Управления Федеральной миграционной службы по Сахалинской области подана жалоба.

Решением судьи Сахалинского областного суда от 05 мая 2012 года обжалуемое постановление изменено по следующим основаниям.

Частью 1 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена ответственность за уклонение от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания в виде административного штрафа в размере от двух тысяч до пяти тысяч рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации или без такового.

Как установлено судом и не оспаривалось гражданином Таджикистана Н., он въехал на территорию Российской Федерации 11 ноября 2010 года через КПП – Домодедово в безвизовом режиме; цель въезда – частная, встал на миграционный учет 12 ноября 2010 года в городе Южно-Сахалинске, а 31 декабря 2010 года оформил в Управлении федеральной миграционной службы по Сахалинской области патент на работу, по которому продлевал срок своего пребывания на территории Российской Федерации до октября 2011 года. По истечении разрешенного срока пребывания он не покинул территорию Российской Федерации и не продлил срок пребывания в Российской Федерации.

При таких данных, судья пришел к правильному выводу о наличии в действиях Н. состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, правомерно привлек его к административной ответственности с наложением штрафа и применением дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации.

Вместе с тем, применяя указанное дополнительное наказание, судья, вопреки требованиям закона, не определил форму административного выдворения за пределы Российской Федерации.

Так, в соответствии с частями 1, 4, 5 статьи 3.10 (в редакции Федерального закона от 6 декабря 2011 года № 410-ФЗ) Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное выдворение за пределы Российской Федерации иностранных граждан или лиц без гражданства заключается в принудительном и контролируемом перемещении указанных граждан и лиц через Государственную границу Российской Федерации за пределы Российской Федерации (далее - принудительное выдворение за пределы Российской Федерации), а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, - в контролируемом самостоятельном выезде иностранных граждан и лиц без гражданства из Российской Федерации.

При назначении административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства судья принимает решение о его принудительном выдворении за пределы Российской Федерации или контролируемом самостоятельном выезде из Российской Федерации.

В целях исполнения назначенного иностранному гражданину или лицу без гражданства административного наказания в виде принудительного выдворения за пределы Российской Федерации судья вправе применить к таким лицам содержание в специальном учреждении для помещения иностранных граждан и лиц без гражданства, подлежащих административному выдворению за пределы Российской Федерации.

Административное наказание в виде контролируемого самостоятельного выезда из Российской Федерации может быть назначено иностранному гражданину или лицу без гражданства в случае осуществления административного выдворения за пределы Российской Федерации за счет средств таких иностранного гражданина или лица без гражданства либо за счет средств пригласившего их органа, дипломатического представительства или консульского учреждения иностранного государства, гражданином которого является выдворяемый иностранный гражданин, международной организации либо ее представительства, физического или юридического лица, указанных в статье 16 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации».

Учитывая приведенные положения, принимая во внимание, что Н. не располагает денежными средствами для самостоятельного выезда за пределы Российской Федерации, не имеет на территории Российской Федерации определенного места жительства, он подлежит принудительному выдворению за пределы Российской Федерации и в целях исполнения наказания - помещению в специальное учреждение для иностранных граждан, подлежащих административному выдворению за пределы Российской Федерации.

В этой связи постановление судьи Поронайского городского суда дополнено указанием на форму назначенного Н. дополнительного наказания в виде принудительного выдворения за пределы Российской Федерации, а также на применение к нему в целях исполнения назначенного наказания содержания в специальном учреждении для помещения иностранных граждан, подлежащих административному выдворению за пределы Российской Федерации.

 

Судебные коллегии по уголовным и гражданским делам

Сахалинского областного суда.

 

опубликовано 30.07.2012 07:27 (МСК)