Arms
 
развернуть
 
694420, г. Александровск-Сахалинский, ул. Советская, д. 7 А
Тел.: (42434) 4-49-36
alexandrovsk@sud-sakh.ru
схема проезда
694420, г. Александровск-Сахалинский, ул. Советская, д. 7 АТел.: (42434) 4-49-36alexandrovsk@sud-sakh.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Бюллетень Сахалинского областного суда за III квартал 2011 года

БЮЛЛЕТЕНЬ

САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

3 квартал 2011 года

 

Судебная практика по уголовным делам

 

Неправильная квалификация действий осужденного, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, повлекла изменение приговора.

Приговором Корсаковского городского суда от 8 июня 2011 года Д. был признан виновным:

- в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства в виде гашишного масла в особо крупном размере;

- в незаконном приобретении, перевозке, изготовлении и хранении наркотических средств  без цели сбыта в особо крупном размере – гашиша весом 142,111 грамма и марихуаны весом 754,7 грамма;

- в незаконном хранении наркотических средств, содержащихся в курительных смесях,  без цели сбыта в особо крупном размере.

При этом действия Д., связанные с незаконным оборотом наркотических средств, содержащихся в курительных смесях, а также с незаконным оборотом наркотических средств в виде гашиша и марихуаны были квалифицированы судом самостоятельно по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Сахалинского областного суда, изменяя приговор, указала, что суд ошибочно пришел к выводу о наличии в действиях Д. совокупности преступлений, подлежащих самостоятельной квалификации по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

По смыслу диспозиции ч. 1 ст. 228 УК РФ незаконные действия, связанные с наркотическими средствами, вне зависимости от количества видов этих наркотических средств охватываются ч. 1 ст. 228 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 228 УК РФ за каждый из видов наркотических средств закон не требует.

При таких обстоятельствах осуждение Д. отдельно по ч. 2 ст. 228 УК РФ за действия, связанные с незаконном оборотом наркотических средств, содержащихся в курительных смесях, и отдельно по ч. 2 ст. 228 УК РФ за действия, связанные с незаконным оборотом гашиша и марихуаны, и назначение наказания по совокупности этих преступлений являются неправильными.

В связи с этим судебная коллегия квалифицировала указанные действия Д. как единый состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 228 УК РФ - незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере.

Кроме того, судебная коллегия признала необоснованным осуждение Д. за незаконную перевозку и незаконное изготовление наркотических средств.

Согласно разъяснениям в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 15.06.2006 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» вопрос о наличии в действиях лица состава преступления – незаконной перевозки без цели сбыта и об отграничении его от незаконного хранения без цели сбыта во время поездки, должен решаться судом с учетом направленности умысла, фактических обстоятельств перевозки, количества, размера, объема наркотических средств, места их нахождения, а также других обстоятельств по делу.

Из показаний Д., признанных судом достоверными, следовало, что он пошел в лес за грибами и нашел дикорастущую коноплю, которую сорвал и на автомобиле привез к месту хранения для личного употребления.

Таким образом, суд установил, что наркотическое средство Д. перевез на незначительное расстояние, для личного потребления. Поэтому его поездка на автомобиле с указанным средством к месту хранения по смыслу закона охватывается понятием незаконного хранения без цели сбыта наркотического средства в особо крупном размере во время поездки.

Из исследованных доказательств также следовало, что привезенную коноплю Д. измельчил, в результате чего получил марихуану, и пробил через марлю, получив гашиш.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 15.06.2006 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» измельчение, высушивание или растирание наркосодержащих растений, растворение наркотических средств водой без дополнительной обработки в виде выпаривания, рафинирования, возгонки и т.п., в результате которых не меняется химическая структура вещества, не могут рассматриваться как изготовление наркотических средств.

Поэтому судебная коллегия исключила осуждение Д. за незаконную перевозку и незаконное изготовление наркотических средств в особо крупном размере.

 

Лицо, добровольно и окончательно отказавшееся от доведения преступления до конца, не подлежит уголовной ответственности за это преступление.

Приговором Макаровского районного суда Сахалинской области от 6 октября 2010 года В. осуждён по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166 УК РФ.

Судебная коллегия Сахалинского областного суда приговор в части осуждения В. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166 УК РФ оставила без изменения.

При этом, отвергая доводы стороны защиты о наличии добровольного отказа В. от совершения угона автомобиля, суды первой и второй инстанции указали, что в действиях В. наличествуют  признаки покушения на преступление. О данном факте свидетельствует то, что В. совершил ряд действий, направленных на выполнение объективной стороны преступления и реализацию преступного умысла, направленного на завладение транспортным средством – определил объект преступления, незаконно проник в автомобиль, и не смог завести двигатель автомобиля из-за отсутствия в салоне автомашины подходящего для этого предмета, то есть обстоятельства, не зависящего от воли В.

Президиум Сахалинского областного суда, изменяя судебные решения, указал следующее.

Делая вывод об отсутствии у В. подходящего для совершения преступления предмета, суды первой и кассационной инстанций не учли, что в автомобиле имелся набор ключей, впоследствии похищенный В, однако последний, проникнув в салон автомобиля, не предпринимал мер к тому, чтобы завести двигатель с их помощью или вообще без помощи какого-либо предмета. Так, из протокола осмотра места происшествия следует, что замок зажигания, декоративная панель повреждений не имеют.

При таких обстоятельствах вывод суда о недоведении преступления до конца по независящим от воли виновного обстоятельствам является ошибочным, так как ничто не препятствовало осужденному, ранее неоднократно судимому как раз именно за угоны транспортных средств, реально осуществить задуманное, используя свои навыки и иные подручные средства, чтобы завести двигатель автомобиля, но он действий к этому не предпринял.

В судебном заседании В. настаивал на том, что проникнув в салон автомобиля с целью угона и не найдя предмет, которым можно было бы завести двигатель, он подумал, что в случае угона автомобиля его могут задержать, поэтому передумал угонять автомобиль, взял из автомобиля вещи и ушёл.

Эти доводы осужденного не опровергнуты.

Кроме того, суд первой инстанции установил и прямо указал об этом в приговоре при описании преступного деяния, что В., «не найдя предмета, при помощи которого можно было запустить двигатель автомобиля, не смог довести  умысел на угон автомобиля до конца в связи с чем, передумав угонять автомобиль, решил совершить кражу имущества».

Таким образом, суд установил, что при возникновении препятствия в доведении преступления до конца, В. не стал указанное препятствие преодолевать, а отказался от совершения угона транспортного средства по собственной воле.

При таких обстоятельствах В. в соответствии с ч. 2 ст. 31 УК РФ не подлежал уголовной ответственности за указанное преступление.

В силу ч. 3 ст. 31 УК РФ лицо, добровольно отказавшееся от доведения преступления до конца, подлежит уголовной ответственности в том случае, если фактически совершенное им деяние содержит иной состав преступления.

Как установлено судом, В. с целью угона автомобиля гвоздём пытался открыть двери автомобиля, а затем разбил металлическим прутом стекло на левой боковой двери автомобиля и проник в салон автомобиля.  

Указанными умышленными действиями осуждённого собственнику автомобиля  причинён ущерб в сумме 2800 рублей.

В судебном заседании потерпевший пояснил, что ущерб в указанной сумме значительным для него не является.

При таких обстоятельствах фактически совершённые В. действия не образуют и состав преступления, предусмотренного ч.1 ст. 167 УК РФ.

С учетом изложенного президиум отменил судебные решения в части осуждения В. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166 УК РФ и прекратил в данной части уголовное дело и уголовное преследование В. в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

 

При повторном вынесении приговора виновному лицу может быть назначено более строгое наказание при условии отмены первоначального приговора вследствие его чрезмерной мягкости, когда по этим основаниям имелось представление прокурора либо заявление частного обвинителя, потерпевшего или его представителя.

Приговором Долинского городского суда от 8 мая 2009 года К. осуждена по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев.

В кассационном порядке указанный приговор не обжаловался.

Президиум Сахалинского областного суда изменил приговор суда по следующим основаниям.

По смыслу ч. 2 ст. 383 УПК РФ при повторном вынесении приговора виновному лицу может быть назначено более строгое наказание при условии отмены первоначального приговора вследствие его чрезмерной мягкости, когда по этим основаниям имелось представление прокурора либо заявление частного обвинителя, потерпевшего или его представителя.

Суд, назначая К. наказание, данные требования закона не учел и оставил без внимания то, что предыдущий приговор от  12 января 2009 года, которым К. была осуждена за совершение вышеуказанного преступления с применением положений ст. 64 УК РФ к 1 году лишения свободы, был отменен не за мягкостью назначенного наказания.

Как видно из материалов дела, определением судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда от 1 апреля 2009 года приговор от 12 января 2009 года был отменен по доводам представления о нарушении правил ст. 70 УК РФ при назначении К. наказания. При этом в кассационном представлении вопрос о необоснованном применении положений ст. 64 УК РФ и о мягкости назначенного по ч. 2 ст. 228 УК РФ наказания не ставился.

Следовательно, при повторном рассмотрении дела суд не вправе был назначить К. за указанное преступление более строгое наказание по сравнению с наказанием, которое ей было назначено по первому приговору.

Между тем при новом рассмотрении дела положение осужденной по сравнению с первоначальным приговором было ухудшено, поскольку суд назначил наказание без применения положений ст. 64 УК РФ и в большем размере, чем это было определено  приговором суда от 12 января 2009 года, что является недопустимым.

С учетом изложенного президиум применил положения ст. 64 УК РФ и снизил К. наказание до 1 года лишения свободы.

 

В соответствии с ч. 2 ст. 92 УК РФ несовершеннолетний может быть помещен в специальное учебно-воспитательной учреждение закрытого типа органа управления образованием до достижения им 18 лет.

Приговором Александровск-Сахалинского городского суда от 4 мая 2011 года несовершеннолетний Б. осужден по п.п. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по 2 эпизодам) к 1 году лишения свободы за каждое преступление, а на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 92 УК РФ Б., 17 сентября 1994 года рождения, освобожден от наказания и направлен в специальное профессиональное училище закрытого типа сроком на 2 года, то есть фактически до 4 мая 2013 года.

Президиум Сахалинского областного суда, изменяя приговор суда, указал следующее. 

Согласно ч. 2 ст. 92 УК РФ несовершеннолетний, осужденный к лишению свободы за совершение преступления средней тяжести, может быть освобожден судом от наказания и помещен в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа органа управления образованием до достижения им возраста 18 лет.

Как видно из приговора, Б. достигнет совершеннолетия 17 сентября 2012 года, то есть до истечения определенного судом срока помещения в специальное учреждение в виде 2 лет.

Поэтому президиум приговор в отношении Б. изменил, указав о помещении осужденного в специальное учреждение закрытого типа до достижения им возраста 18 лет.

В постановлении судьи об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде  заключения под стражу должны быть указаны дата и срок действия этой меры  пресечения.

 

Постановлением судьи Холмского городского суда от  5 февраля  2011 года в отношении Г. изменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. При этом дату и срок действия меры  пресечения в виде заключения под стражу в отношении Г. суд в постановлении не определил.

Судебная коллегия Сахалинского областного суда постановление суда оставила без изменения.

Президиум Сахалинского областного суда, изменяя судебные решения, указал следующее.

По смыслу ст. 108 УПК РФ и с учетом разъяснений, содержащихся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 октября 2009 года № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», в резолютивной части решения о применении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого, обвиняемого суд должен указать, до какой даты и на какой срок принято соответствующее решение.

Эти требования закона судом в отношении Г. соблюдены не были.

Поэтому президиум изменил судебные решения, указав, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана в отношении Г. сроком на 2 месяца, по 4  апреля  2011 года включительно.

 

Отказ суда в принятии ходатайства о пересмотре приговора  в связи с внесением изменений в уголовный закон, улучшающими положение лица, совершившего преступление, признан необоснованным.

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда Д., осужденному по ч. 1 ст. 228 УК РФ, ст. ст. 74, 70 УК РФ к 6 годам 1 месяцу лишения свободы, отказано в принятии ходатайства о пересмотре в соответствии со ст. 10 УК РФ приговора Южно-Сахалинского городского суда от 6 ноября 2009 года в связи с изменениями, внесенными Федеральным законом от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ в части 4 и 5 ст. 74 УК РФ.

Обосновывая свое решение, судья указал, что вопрос в данном случае должен разрешаться в надзорном порядке, а не в порядке исполнения приговора.

В кассационном порядке постановление не обжаловалось.

Президиум Сахалинского областного суда отменил постановление суда по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ в Постановлении от 20.04.2006 № 4-П закон, устраняющий или смягчающий уголовную ответственность, является актом, который по-новому определяет характер и степень общественной опасности преступлений и правовой статус лиц, их совершивших, а правоприменительные органы, в том числе суды, не вправе уклоняться от его применения; приведение приговора в соответствие с новым уголовным законом может осуществляться на любых стадиях уголовного судопроизводства; смягчение наказания осуществляется в пределах, установленных новым законом, при этом подлежат применению все установленные Уголовным кодексом Российской Федерации в редакции этого закона правила, как общие, так и специальные, в соответствии с которыми вопрос о наказании разрешается при постановлении приговора.

Федеральный закон от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ изменил порядок отмены условного осуждения в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного преступления средней тяжести. Согласно новой редакции ч. 4 ст. 74 УК РФ в таком случае вопрос об отмене или о сохранении условного осуждения решается судом.

Это значит, что новый закон улучшает положение осуждённых, поскольку расширил пределы судейского усмотрения при решении вопроса об отмене условного осуждения лицам, совершившим в течение испытательного срока умышленное преступление средней тяжести, а потому обладает обратной силой.

В соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ   № 1 от 11 января 2007 года «О применении судами норм главы 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих  производство в надзорной инстанции» пересмотр судебного решения в порядке надзора допускается лишь при наличии правовых оснований, предусмотренных ст.ст. 379, 409 УПК РФ. Внесение обладающих обратной силой изменений в уголовный закон указанными нормами УПК РФ в качестве основания для пересмотра приговора в порядке надзора законом не предусмотрено.

Отказывая в принятии ходатайства, суд этого не учел и не принял во внимание, что в соответствии с п.13 ст. 397,  ч. 3 ст. 396 УПК РФ вопрос об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, разрешается  судом по месту отбывания осуждённым наказания в порядке, установленном главой 47 УПК РФ.

Поэтому президиум отменил судебное решение и направил материалы дела на новое рассмотрение.

 

Согласно ст. 10 УК РФ обратную силу имеет уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление.

Постановлением судьи Южно-Сахалинского городского суда пересмотрены приговоры в отношении Р. и действия осужденного по приговору Поронайского городского суда от  21 января 2000 года переквалифицированы на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от 7 марта 2011 года), при этом оснований для снижения наказания суд не усмотрел.

В кассационном порядке постановление не проверялось.

Президиум Сахалинского областного суда, изменяя постановление суда, указал следующее. 

В соответствии со ст. 10 УК РФ обратную силу имеет уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление.

Из приговора Поронайского городского суда от  21 января 2000 года видно, что при назначении наказания суд особо оговорил, что считает необходимым определить Р. размер наказания в минимальном размере и назначил ему по п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции закона 1996 года, действовавшей на момент совершения преступления) 7 лет лишения свободы, то есть в нижнем пределе санкции статьи.

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда от 17 мая 2004 года, вынесенным в порядке ст.ст. 397,399 УПК РФ, приговор Поронайского городского суда от  21 января 2000 года был пересмотрен, действия Р. переквалифицированы на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в редакции закона от 8 декабря 2003 года), а назначенное осужденному по ч. 2 ст. 162 УК РФ наказание со ссылкой на указания суда в приговоре о назначении наказания в минимальных пределах, снижено до 5 лет лишения свободы, то есть до нижнего предела, установленного новым законом. 

Федеральным законом от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ были внесены изменения в санкцию ч. 2 ст. 162 УК РФ, из которой был исключен нижний предел наказания в виде лишения свободы.

Поскольку суды в приговоре от 21 января 2000 года и в постановлении от 17 мая 2004 года связывали назначение Р. наказания по ч. 2 ст. 162 УК РФ с нижним пределом санкции статьи, то с учетом его исключения Федеральным законом № 26-ФЗ от 7 марта 2011 года, назначенное осужденному по данной статье наказание подлежало смягчению.

С учетом изложенного президиум изменил постановление суда и снизил на один месяц размер назначенного Р. по ч. 2 ст. 162 УК РФ наказания.

 

Судебная практика по гражданским делам

 

Нарушение правил подведомственности рассмотрения заявления повлекло отмену решения суда первой инстанции с прекращением производства по делу.

Долинский городской прокурор в интересах неопределённого круга лиц обратился в суд с заявлением о признании незаконным и недействующим с момента принятия Порядка работы единой комиссии администрации муниципального образования городской округ «Долинский» по размещению заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для муниципальных нужд, утвержденного постановлением мэра муниципального образования городской округ «Долинский» от 22 апреля 2010 года № 530-п.

Решением Долинского городского суда от 16 июня 2011 года требования прокурора удовлетворены.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 27 сентября 2011 года данное решение отменено по следующим основаниям.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 22, пунктом 1 части 1 статьи 134 и статьи 220 Гражданского процессуального кодекса РФ суды общей юрисдикции не рассматривают и не разрешают дела по экономическим спорам и другие дела, отнесённые федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов. Судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, а если заявление с такими требованиями принято к производству суда с возбуждением гражданского дела, то производство по нему подлежит прекращению.

Из заявления и материалов дела видно, что прокурор оспорил нормативно-правовой акт, принятый органом местного самоуправления в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 29 Арбитражного процессуального кодекса РФ рассмотрение и разрешение экономических споров, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, в том числе об оспаривании нормативных правовых актов в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, отнесено к подведомственности арбитражных судов.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса РФ прокурор не лишён права обратиться в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании нормативных правовых актов, ненормативных правовых актов органов местного самоуправления, затрагивающих права и законные интересы организаций и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При таком положении, когда разрешение заявленных прокурором требований подведомственно арбитражному суду, оснований для принятия заявления к производству и разрешения его по существу у суда не имелось. В связи с допущенным нарушением норм процессуального права решение суда первой инстанции отменено, а производство по делу - прекращено.

 

Заявление налогового органа о выдаче судебного приказа о взыскании с граждан недоимок по налогам и сборам подсудно мировому судье.

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы России № 26 по Санкт-Петербургу обратилась в Холмский городской суд с заявлением о взыскании с К. недоимки по налогу на имущество в  размере 4 958 рублей 61 копейки.

Определением судьи Холмского городского суда от 05 июля 2011 года заявление возвращено заявителю по мотиву подсудности рассмотрения дела мировому судье.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 20 сентября 2011 года определение судьи оставлено без изменения, а частная жалоба представителя  заявителя без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии абзацем 6 статьи 122 Гражданского процессуального кодекса РФ судебный приказ выдается, если заявлено требование о взыскании с граждан недоимок по налогам и сборам и другим обязательным платежам.

Согласно статье 48 Налогового кодекса РФ требования налоговых органов о взыскании недоимки по налогам с физических лиц рассматриваются в суде общей юрисдикции в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации (пункт 3 статьи 48 Налогового кодекса РФ).

Пунктом 1 части 1 статьи 23 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что мировой судья рассматривает в качестве суда первой инстанции дела о выдаче судебного приказа.

Таким образом, действующее законодательство предусматривает взыскание недоимки по налогам с физического лица при обращении налогового органа с заявлением к мировому судье о выдаче судебного приказа о взыскании суммы налога, и лишь в случае отмены такого приказа налоговый орган вправе в исковом порядке обратиться  в суд общей юрисдикции, в том числе к мировому судье, исходя из размера истребуемой суммы налога (пункт 5 части 1 статьи 23 ГПК РФ).

Как видно из представленных налоговым органом материалов, заявление о взыскании с К. суммы налога в размере 4 958 рублей 61 копейки датировано заявителем 19 мая 2011 года и поступило в Холмский городской суд 30  июня 2011 года. Иных данных о направлении искового материала заявителем в суд ранее указанной  даты, в том числе 08 декабря 2010 года, как указано в частной жалобе, в представленных документах не имеется.

Кроме того, разрешение заявления о взыскании недоимок по налогам и сборам с физических лиц после 03 января 2011 года осуществляется  в форме выдачи судебного приказа, и лишь в случае его отмены -в исковом порядке (ст. 2 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 324-ФЗ « О внесении в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации»).

 

Неправильное определение цены иска повлекло необоснованное возвращение искового заявления и создало препятствия на доступ к правосудию.

З. обратился в суд с иском к О. о взыскании долга по договору займа в размере 33 000 рублей, процентов в размере 10890  рублей, процентов  за просрочку исполнения договора займа в размере 8167 рублей 50 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1759 рублей 38 копеек, а всего о взыскании с ответчика 53 816 рублей 88 копеек.

Определением судьи Холмского городского суда от 05 июля 2011 года  исковое заявление возвращено З. на основании пункта 2 части 1 статьи 135 Гражданского процессуального кодекса РФ со ссылкой на неподсудность иска районному суду, заявителю разъяснено право на обращение с таким иском к мировому судье судебного участка № 33 Холмского района, так как  цена иска по каждому требованию не превышает 50000 рублей.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 30 августа 2011 года указанное определение судьи отменено, а заявление направлено для принятия к производству Холмского городского суда.

При этом судебная коллегия указала следующее.

В силу пункта  2 части 1 статьи 135Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья возвращает исковое заявление в случае, если исковое заявление не подсудно данному суду.

Согласно пункту 5 части 1  статьи 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации мировому судье подсудны дела по имущественным спорам, за исключением дел о наследовании имущества и дел, возникающих из отношений по созданию и использованию результатов интеллектуальной деятельности, при цене иска, не превышающей пятидесяти тысяч рублей.

В силу пункта  1 части 1 статьи  91Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации цена иска определяется по искам о взыскании денежных средств, исходя из взыскиваемой денежной суммы.

Истцом заявлено требований о взыскании с ответчика денежных средств в размере 53 816 рублей 88 копеек, подсудное районному суду.

Исходя из изложенного, у судьи отсутствовали предусмотренные законом основания для возврата искового заявления З. в связи с его неподсудностью Холмскому городскому суду.

 

Оставление заявления без движения без законных к тому оснований и последующее его возвращение заявителю повлекло отмену определения в связи с нарушением норм процессуального права.

К. обратился в Южно-Сахалинский городской суд с исковым заявлением к ООО «Сахморфлот» о взыскании зарплаты, компенсации за работу в выходные и праздничные дни, отпуска, валюты, а также оплаты проезда к месту жительства.   Определением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 18 февраля 2011 года исковое заявление К. оставлено без движения со ссылкой на его несоответствие требованиям действующего гражданского процессуального законодательства, заявителю предоставлен срок для устранения недостатков до 14 марта 2011 года и предложено предоставить оригиналы приложенных к иску документов (приложенные в незаверенных ксерокопиях), а также подписанный экземпляр искового заявления.

Требуемые документы поступили в адрес суда; одновременно К. приложил ходатайство об истребовании оригиналов документов от ответчика, поскольку истец указанными документами не располагает.

Определением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 29 марта 2011 года исковое заявление возвращено К. на том основании, что истцом не предоставлено доказательств обращения к работодателю с заявлениями об истребовании документов. 

Определением судебной коллегии по гражданским делам от 06 сентября 2011 года указанное определение судьи отменено в связи с неправильным применением норм процессуального права по следующим основаниям.

Согласно частей 1 и 2 статьи 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья, установив, что исковое заявление подано в суд без соблюдения требований, установленных в статьях 131 и 132 настоящего Кодекса, выносит определение об оставлении заявления без движения, о чем извещает лицо, подавшее заявление, и предоставляет ему разумный срок для исправления недостатков. В случае, если заявитель в установленный срок выполнит указания судьи, перечисленные в определении, заявление считается поданным в день первоначального представления его в суд. В противном случае заявление считается не поданным и возвращается заявителю со всеми приложенными к нему документами.

Как установлено судом кассационной инстанции, указание в определении судьи Южно-Сахалинского городского суда от 29 марта 2011 года о неустранении истцом недостатков искового заявления не соответствует фактическим обстоятельствам.

Кроме того, указав в определениях от 18 февраля 2011 года и 29 марта 2011 года на необходимость предоставления заявителем определенных доказательств, судья фактически перешел к стадии судебного разбирательства заявленных исковых требований, не приняв заявление к производству суда. Тем самым судьей нарушены положения подраздела 2 раздела 2 Гражданского процессуального кодекса РФ о порядке искового судопроизводства.

При указанных обстоятельствах заявление направлено в суд первой инстанции для разрешения вопроса о его принятии к производству.

 

Подача предварительной заявки на получение социальных выплат для приобретения жилья в связи с переселением из района Крайнего Севера без предоставления необходимых документов не порождает обязанность органа местного самоуправления по включению гражданина в список граждан на получение жилищной субсидии.

У., прибывшая в районы Крайнего Севера до 01 января 1992 года, имеющая трудовой стаж в районах Крайнего Севера более 10 лет, обратилась в суд с иском к администрации муниципального образования городской округ «Охинский» о возложении обязанности восстановить её в очереди на получение социальных выплат для приобретения жилья в связи с переселением из района Крайнего Севера с 11 сентября 1997 года, т.е. с даты подачи предварительной заявки. В обоснование иска истец указала, что в 1997 году подала в администрацию города заявление для получения субсидии на строительство или приобретение жилья, получила устное сообщение, что она внесена в соответствующий список граждан, желающих получить субсидию для переселения из района Крайнего Севера и что ей необходимо ежегодно отмечаться в отделе ЖКХ администрации. В 2006 году главный специалист отдела ЖКХ предложил ей прийти в администрацию через 2-3 года, после чего при обращении в администрации в 2009 году ей стало известно, что из очереди она исключена, т.к. не прошла перерегистрацию в 2003 году. 11 июня 2009 года  она подала в администрацию муниципального образования городской округ «Охинский» новое заявление о включении её в список граждан, имеющих право на получение субсидии для переселения, и поставлена на учет с 2009 года, с чем не согласна, так как считает, что вправе состоять на учете с даты подачи первоначального заявления, поскольку работники администрации не уведомили ее о результатах рассмотрения первоначального заявления в течении 5-ти рабочих дней со дня принятия решения, как то предусмотрено постановлением Правительства РФ от 10 декабря 2002 года № 879, которым утверждено «Положение о регистрации и учете граждан, имеющих право на получение социальных выплат для приобретения жилья в связи с переселением из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей».  

Решением Охинского городского суда от 21 марта 2011 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 17 мая 2011 года данное решение суда первой инстанции отменено и принято новое решение, которым на администрацию муниципального образования городской округ «Охинский» возложена обязанность включить У. в список граждан-пенсионеров, имеющих право на получение социальных выплат на приобретение жилья в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 25 октября 2002 года № 125-ФЗ «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей», с датой постановки на учет 11 сентября 1997  года.

Постановлением президиума Сахалинского областного суда от 16 сентября 2011 года указанное кассационное определение отменено с оставлением без изменения решения Охинского городского суда от 21 марта 2011 года в связи с существенным нарушением норм материального права по следующим основаниям.

Согласно «Положению о предоставлении гражданам Российской Федерации, нуждающимся в улучшении жилищных условий, безвозмездных субсидий на строительство или приобретение жилья», утвержденному Постановлением Правительства РФ от 03 августа 1996 года № 937 (в редакции, действовавшей  на время обращения истицы с заявлением о предоставлении указанной субсидии), за счет средств федерального бюджета безвозмездная субсидия предоставляется (в пределах предусмотренных объемов) наряду с иными категориями граждан, в том числе лицам, проработавшим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, не менее 10 лет при условии, что эти граждане являются нуждающимися в улучшении жилищных условий и состоят в соответствии с законодательством Российской Федерации на учете по предоставлению жилой площади в органах местного самоуправления, на предприятиях, в организациях.

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия исходила из порядка подачи заявок гражданами, претендующими на  предоставление субсидии, и примерного перечня и форм необходимых документов, разработанного Государственным комитетом РФ по вопросам архитектуры и строительства и Министерством финансов РФ (письмо от 03 марта 1994 года № БЕ-19-6/3), согласно которому поданная гражданином предварительная заявка подлежит рассмотрению в органе, предоставляющем субсидию в месячный срок, по истечении которого заявителю направляется решение о подтверждении его права на получение субсидии, либо о необходимости представления дополнительной информации. Аналогичные положения нашли свое закрепление в постановлении губернатора Сахалинской области от 30 июня 1994 года № 201 и в «Положении о регистрации и учете граждан, имеющих право на  получение социальных выплат для приобретения жилья в связи с переселением из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей», утвержденном Постановлением Правительства РФ  от 10 декабря 2002 года № 879.

При этом судебная коллегия пришла к выводу о том, что с учетом делегирования субъектом Российской Федерации органам местного самоуправления полномочий по ведению учета и составлению списков  граждан на получение жилищных субсидий орган местного самоуправления, не направивший У. в установленный срок сообщение о принятом по её предварительной заявке решении, тем самым нарушил её права, в связи с чем усмотрел основания для  удовлетворения её иска о включении в список граждан-пенсионеров, имеющих право на получение жилищной субсидии с даты подачи предварительной заявки.

Между тем такой вывод не основан на законе.  

Как установлено судом первой инстанции на основе исследованных доказательств, получивших оценку по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, У. прибыла на Сахалин до 01 января 1992 года. На день  подачи в администрацию муниципального образования (на 11 сентября 1997 года) предварительной заявки на предоставление жилищной субсидии она, как это предусмотрено приведенными выше нормами  материального права, на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий не состояла. На такой учет она  принята только 11 июня 2009 года. Претендуя на включение в очередь на получение субсидии в категории «пенсионеры», У. ко дню подачи предварительной заявки пенсионного возраста не достигла. 

Эти обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, судом кассационной инстанции таковыми не признаны.

Существенным  является и то обстоятельство, что сама по себе  подача предварительной заявки на получение субсидии без предоставления необходимых документов права на включение гражданина в список граждан, претендующих на получение жилищной субсидии, не порождает. Нормативное регулирование порядка учета граждан для получения жилищных субсидий изменялось в течение ряда лет. С принятием Федерального закона  от 25 октября 2002 года  № 125-ФЗ «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из  районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей» этот порядок был определен в Постановлении Правительства РФ от 10 декабря 2002 года № 879 и постановлено привести списки граждан, имеющих право на получение субсидий, в соответствие с утвержденным Положением, после чего, как следует из материалов дела, 23 августа 2003 года в средствах массовой информации (в газете «Сахалинский нефтяник») администрация города Охи и района до населения Охинского района довела сообщение о проводимой перерегистрации граждан для получения жилищной субсидии, указав время и место проводимой перерегистрации, и  перечня необходимых документов, которые необходимо представить.

В своем дополнении к исковому заявлению от 18 февраля 2011 года У. подтвердила, что копии паспорта, трудовой книжки, пенсионного удостоверения, справку о составе семьи и о занимаемом жилом помещении были ею представлены не в 1997 году, а в 2006 году, однако учетные данные  таких сведений также не содержат.

При таких обстоятельствах, когда У. на момент подачи предварительной заявки на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий не состояла и необходимых документов не представила, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленного требования, и у суда кассационной инстанции отсутствовали законные основания для отмены данного судебного решения.

 

Отказ пенсионного органа в назначении льготной пенсии по старости в связи с работой в тяжелых условиях труда признан незаконным.

П. обратился в суд с иском к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации по Холмскому району о признании решения об отказе в назначении досрочной пенсии по старости в связи с работой в тяжелых условиях труда незаконным, об установлении тождественности профессий, о возложении обязанности включить в специальный стаж период его работы электрогазосварщиком с 20 апреля 1979 года по 28 февраля 1989 г. и с 1 марта 1989 года по 21 октября 1991  года, а также о возложении на ответчика обязанности назначить ему льготную трудовую пенсию с момента обращения за ней.

Решением Холмского городского суда от 15 августа 2011 года в удовлетворении иска отказано.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 20 сентября 2011 года указанное решение отменено в связи с неправильным применением норм материального права, исходя из следующего.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 7 настоящего Федерального закона, мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам до достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не мене 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

В случае если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, трудовая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 7 настоящего Федерального закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

Отказывая в удовлетворении иска и признавая отказ пенсионного органа в назначении досрочной пенсии правомерным, суд первой инстанции исходил из того, что специальный стаж на работах в тяжелых условиях у истца отсутствует.

Однако указанный вывод не соответствует установленным обстоятельствам и опровергается материалами дела.

Из копии трудовой книжки П., архивной справки муниципального архива администрации муниципального образования «Холмский городской округ» и справки с места работы истца о характере работы за спорный период видно, что в период с 20 апреля 1979 года по 05 марта 1987 года и с 20 февраля 1988 года по 22 октября 1991 года он работал газоэлектросварщиком на сварочных аппаратах ручной электросварки.

Из копии приказа по Холмскому судоремонтному заводу от 20 июля 1988 года  № 159/к, находящемся в муниципальном архиве, следует, что в соответствии с Единым тарифно-квалификационным справочником №  2 1986 года профессия «газоэлектросварщика» переименована в профессию «электрогазосварщик» с подтверждением работающим по этой профессии, в том числе истцу, ранее установленных по этой профессии квалификационных разрядов.

В соответствии с разделом ХХХIII Списка № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденного постановлением Кабинета  Министров СССР от 26 января 1991 года № 10 лица, работающие электрогазосварщиками, занятыми на резке  и  ручной сварке, на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности, а также электросварщики ручной сварки имеют право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях.

При таких обстоятельствах решение пенсионного органа об отказе в назначении льготной трудовой пенсии по возрасту П. является незаконным, чего суд первой инстанции не учел.

Тот факт, что в трудовой книжке спорный период работы П. указан по профессии «газоэлектросварщик», не имеет правового значения для дела, поскольку имеется вышеназванный приказ по Холмскому судоремонтному заводу о переименовании рабочей профессии П. «газоэлектросварщика» в профессию «электрогазосварщик». Помимо этого, квалификационные характеристики электрогазосварщиков, газосварщиков и электросварщиков приведены в разделе «Сварочные работы» Выпуска 2 Единого тарифно-квалификационного справочника, и они свидетельствуют о тождественности данных профессий.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании доказательств, имеющихся в деле, судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, приняла новое решение об удовлетворении иска.

 

Нарушение требований части 4 статьи 367 Гражданского кодекса РФ повлекло отмену решения в связи с неправильным применением норм материального права.

Банк обратился в суд с иском к заемщику Г. и поручителю К. о взыскании в солидарном порядке задолженности по кредитному договору и судебных расходов.

Решением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 14 июля 2011 года исковые требования удовлетворены частично.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 13 сентября 2011 года указанное решение отменено, по делу принято новое решение, которым постановлено взыскать с заемщика Г. в пользу Банка задолженность по кредитному договору в размере 146196 рублей 17 копеек, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4123 рубля 92 копейки, а в иске к поручителю К. - отказано.

При этом судебная коллегия исходила из нижеследующего.

В силу статьи 361 Гражданского кодекса РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В соответствии с пунктом 4 статьи 367 указанного Кодекса поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иска к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Согласно статье 190 Гражданского кодекса РФ срок может определяться календарной датой, истечением периода времени, указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Таким образом, из анализа приведённых норм следует, что правовая природа сроков, установленных законом или договором для предъявления требований кредитора к поручителю, носит пресекательный характер, названные сроки восстановлению судом не подлежат, их пропуск в силу пункта 4 статьи 367 Гражданского кодекса РФ прекращает действие договора поручительства.

Как следует из материалов дела, 20 ноября 2007 года между Банком и К. заключен договор поручительства, по условиям которого поручитель обязуется солидарно с заёмщиком отвечать перед кредитором за исполнение заёмщиком его обязательств по кредитному договору от 20 ноября 2007 года № 5926-ПрЭ. Условие о сроке действия договора поручительства в нем не содержится, а установленное в пункте 4.3. договора поручительства условие о прекращении поручительства лишь после надлежащего выполнения заёмщиком его обязательства перед кредитором по кредитному договору и лишь после выполнения поручителем своих обязательств в полном объеме условием о сроке действия договора поручительства не является, так как не относится к событию, которое неизбежно должно наступить.

В соответствии с кредитным договором, заключенным между истцом и заемщиком Г., погашение кредита должно производиться заёмщиком ежемесячно, не позднее последнего рабочего дня соответствующего месяца. Таким образом, указанным договором предусмотрено исполнение обязательства по частям (ст. 311 ГК РФ).

Очередной платёж по кредитному договору должен был последовать не позднее 31 августа 2008 года. Поскольку заёмщик Г. обязательств по уплате соответствующей суммы 31 августа 2008 года не исполнил, то с этой даты у Банка  возникло право требовать солидарного исполнения обязательства от заёмщика и поручителя.

Между тем иск заявлен Банком только 19 мая 2011 года, то есть более, чем через год после наступления срока исполнения соответствующей части обязательства, и соответственно, прекращения действия договора поручительства в части возврата денежных средств за пределами годичного срока в силу пункта 4 статьи 367 Гражданского кодекса РФ.

При таких обстоятельствах отсутствовали правовые основания для удовлетворения исковых требований о взыскании суммы задолженности по кредитному договору с заёмщика и поручителя в солидарном порядке, чего суд первой инстанции не учел.

 

Невыполнение судом требований статьи 56 ГПК РФ повлекло отмену решения суда первой инстанции по делу об установлении отцовства.

И. обратилась в суд с иском к П. об установлении отцовства и взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего К. В обоснование заявленных требований она указала, что с марта 1999 года по май 2010 года состояла с ответчиком в фактических брачных отношениях. 28 апреля 2001 года у нее родился сын Максим. Ребенок находится у нее на иждивении, ответчик материальной помощи на его содержание не оказывает.

Ответчик, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Заочным решением Южно-Сахалинского городского суда от 20 мая 2011 года иск удовлетворен, П. признан отцом ребенка – Щ., с  П. в пользу истицы взысканы алименты на содержание Щ. в размере ¼ части заработка и (или) иного дохода, начиная с 20 сентября 2010 года и до совершеннолетия ребенка, а также государственная пошлина в местный бюджет в размере 300 рублей.  

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 06 сентября 2011 года  вышеуказанное решение суда первой инстанции отменено, а дело направлено на новое рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 49 Семейного кодекса РФ в случае рождения ребенка у родителей, не состоящих в браке между собой, и при отсутствии совместного заявления родителей или заявления отца ребенка (пункт 4 статьи 48 настоящего Кодекса) происхождение ребенка от конкретного лица (отцовство) устанавливается в судебном порядке по заявлению одного из родителей, опекуна (попечителя) ребенка или по заявлению лица, на иждивении которого находится ребенок, а также по заявлению самого ребенка по достижении им совершеннолетия. При этом суд принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребенка от конкретного лица.

В соответствии со статьей 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 года № 9 «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов», при подготовке дел об установлении отцовства к судебному разбирательству и в ходе рассмотрения дела судья (суд) в необходимых случаях для разъяснения вопросов, связанных с происхождением ребенка, вправе с учетом мнения сторон и обстоятельств по делу назначить экспертизу.

Заключение экспертизы по вопросу о происхождении ребенка, в том числе проведенной методом «генетической дактилоскопии», в силу пункта 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ является одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами, поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В силу пункта 1 статьи 157 Гражданского процессуального кодекса РФ суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, прослушать аудиозаписи и просмотреть видеозаписи.

Признав установленным отцовство ответчика в отношении Щ. и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции сослался на уклонение ответчика от участия в проведении экспертизы по вопросу о происхождении ребенка, а также на совокупность представленных доказательств.

При этом суд в решении не указал, какие именно доказательства он исследовал и на основании каких доказательств установил обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из искового заявления истицы следует, что в подтверждение заявленных требований она ссылалась на рождение у нее ребенка в период совместного проживания с ответчиком и ведения с ним общего хозяйства. Ответчик П. в судебном заседании 13 сентября 2010 года указанные истицей факты и свое отцовство в отношении родившегося у истицы ребенка отрицал.

Вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ суд первой инстанции доводы сторон не проверил и не предложил им представить соответствующие доказательства, в том числе медицинские документы на предмет исследования периода зачатия сына истицей для соотнесения его с периодом их совместного проживания, в связи с чем эти доказательства не были предметом исследования и не получили правовой оценки.

При таких обстоятельствах принятое судом решение признано незаконным и необоснованным, в связи с чем отменено с направлением дела в тот же суд на новое рассмотрение.

 

Нарушение положений части 2 статьи 56 и части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса РФ повлекло отмену решения с направлением дела на новое рассмотрение.

К., оправданный приговором Сахалинского областного суда от 07 марта 2008 года, оправданный по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса РФ, имеющий право на реабилитацию, обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице УФК по Сахалинской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 5 миллионов рублей.

В обоснование иска К. указал, что до вынесения оправдательного приговора он находился под стражей более двух лет в ненадлежащих условиях содержания, испытывая неудобства в переполненной камере, где приходилось спать по очереди по 3-4 часа в сутки. Узнав о предъявлении ему обвинения в убийстве, с ним перестали общаться все родные и друзья, а сожительница отдала его двоих детей в приют. В этой связи он претерпел нравственные и физические страдания, в подтверждение которых просил суд истребовать по месту его содержания под стражей медицинскую карту.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 14 сентября 2010 года исковые требования удовлетворены частично, с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в пользу К. взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 20 сентября 2011 года указанное решение отменено, а дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд в решении указал, что К., в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представил медицинских документов, подтверждающих его довод о том, что содержание под стражей привело к ухудшению его здоровья.

Однако с этим выводом суда согласиться нельзя.

В соответствии с частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае, если представление необходимых доказательств для сторон и других лиц, участвующих в деле, затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Как следует из материалов дела, К. при подаче искового заявления представил в суд первой инстанции письменное ходатайство об истребовании из СИЗО 65/1 города Южно-Сахалинска его медицинской карты, в которой имеются записи о его заболеваниях в период содержания под стражей.

Получив 15 сентября 2010 года на свой запрос из ФБУ ИЗ-65/1 УФСИН РФ по Сахалинской области сообщение о том, что медицинские документы К. направлены по месту отбывания наказания в ИК-14 города Амурска, суд первой инстанции указанные медицинские документы не истребовал, в связи с чем они не были предметом исследования и правовой оценки.

Не были проверены судом первой инстанции и условия содержания истца под стражей, на которые он ссылался в исковом заявлении, как на не соответствующие установленным требованиям и причинившие ему нравственные и физические страдания.

При таких обстоятельствах, когда судом не исследованы имеющие значение для дела обстоятельства, на которые истец ссылался в обоснование заявленных им требований, вывод суда о размере подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда не может быть признан законным и обоснованным.

 

Началом течения срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании невыплаченных работнику сумм при увольнении  и оспаривании записей в трудовой книжке является день, следующий за днем выдачи расчета и получения трудовой книжки.

Я. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Домсервис» о возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о периодах работы, взыскании недополученной заработной платы.

Решением Холмского городского суда от 29 июня 2011 года в удовлетворении исковых требований Я. отказано.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 16 августа 2011 года указанное решение отменено в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, и неправильным применением норм материального права. 

При этом судебная коллегия указала следующее. 

Согласно части 1 статьи 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В силу части  4 статьи 84.1 и части 1 статьи 140Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, и выдача трудовой книжки производится в день увольнения работника.

В соответствии с частью 6 статьи 84.1 Трудового кодекса РФ, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. По письменному обращению работника, не получившего трудовую книжку после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника.

Таким образом, началом течения срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании невыплаченных работнику сумм при увольнении  и оспаривании записей в трудовой книжке является день, следующий за днем выдачи расчета и получения трудовой книжки.

Именно с этого времени работник должен был узнать о нарушенном праве.

Из имеющегося в материалах дела  срочного трудового договора № 20 от 16 ноября 2009 года видно, что он заключен между ООО «Домсервис» и Я. на срок  с 16 ноября 1009 года по 15 февраля 2010 года. Согласно трудовой книжке истца период его работы у ответчика составил с 23 ноября 2009 года по 31 декабря 2009 года. При этом, как пояснял Я. в судебном заседании, он прекратил работу у ответчика 14 ноября 2010 года.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При разрешении вопроса о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора судом не выносились на обсуждение сторон обстоятельства, когда были расторгнуты трудовые отношения с истцом и ему была вручена трудовая книжка.

При таких обстоятельствах вывод суда о пропуске истцом установленного статьей 392 Трудового кодекса РФ срока нельзя признать правильным, в связи с чем решение суда первой инстанции отменено, а дело направлено на новое рассмотрение.

 

Судебная практика по делам об административных правонарушениях

 

Неисполнение должником содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, установленный судебным приставом-исполнителем после  взыскания исполнительского сбора, влечет административную ответственность должника.

Постановлением судебного пристава-исполнителя межрайонного отдела судебных приставов города Южно-Сахалинска по исполнению особых исполнительных производств управления Федеральной службы судебных приставов России по Сахалинской области от 22 февраля 2011 года администрация города Южно-Сахалинска привлечена к административной ответственности по части 1 статьи 17.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде штрафа в размере 30 000 рублей.

Указанное постановление администрация города Южно-Сахалинска обжаловала в суд.

Решением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 20 мая 2011 года постановление судебного пристава-исполнителя оставлено без изменения.

На данное решение судьи администрацией города Южно-Сахалинска принесена жалоба, в которой она сослалась на принятие администрацией города мер для исполнения решения суда путем строительства жилья по муниципальной подпрограмме «Переселение граждан, проживающих в городском округе «город Южно-Сахалинск» из ветхого и аварийного жилищного фонда в 2006-2015 годах». Отмечает, что решение суда не исполнялось по причине отсутствия на территории городского округа жилых помещений, отвечающих установленным требованиям, и крайне сложного состояния бюджета городского округа. Данные обстоятельства, по мнению автора жалобы, свидетельствуют об отсутствии виновных действий администрации города Южно-Сахалинска в неисполнении судебного акта. Отмечает, что постановлением администрации города Южно-Сахалинска от 13 мая 2011 года № 797 решение суда исполнено и семье Н. предоставлено жилое помещение. Считает, что нарушен порядок привлечения администрации города Южно-Сахалинска к административной ответственности, поскольку судебным приставом-исполнителем не был составлен протокол об административном правонарушении, тогда как в соответствии с частью 2 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при оспаривании лицом события административного правонарушения и (или) назначенного административного наказания протокол подлежит составлению.

Решением судьи Сахалинского областного суда от 14 сентября 2011 года обжалуемое судебное решение оставлено без изменения, а жалоба – без удовлетворения, по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 17.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (в редакции, действующей до 25 апреля 2011 года) неисполнение должником содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, установленный судебным приставом-исполнителем после  взыскания исполнительского сбора, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от тридцати до пятидесяти тысяч рублей.

Как следует из материалов дела, решением Южно-Сахалинского городского суда от 12 января 2009 года № 2-754/2009 на администрацию города Южно-Сахалинска возложена обязанность предоставить Н. с несовершеннолетним сыном Н.К.Ю. благоустроенное жилое помещение в черте города Южно-Сахалинска, отвечающее санитарным и техническим требованиям в виде квартиры общей площадью не менее 28 кв.м.

27 января 2009 года выдан исполнительный лист.

03 марта 2009 года судебным приставом-исполнителем межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств управления Федеральной службы судебных приставов России по Сахалинской области вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства по исполнению вышеуказанного исполнительного документа, в котором администрации города Южно-Сахалинска предлагалось в срок 5 дней с момента получения данного постановления добровольно исполнить требования исполнительного документа.

Поскольку требования исполнительного документа в установленный срок администрацией не исполнены, постановлением судебного пристава-исполнителя указанного отдела от 4 мая 2009 года с администрации города Южно-Сахалинска на основании статьи 105 Федерального закона «Об исполнительном производстве» взыскан исполнительский сбор в размере 5 000 рублей.

В связи с обращением должника в суд с заявлением о предоставлении отсрочки исполнения решения суда постановлением судебного пристава-исполнителя от 05 марта 2010 года исполнительные действия отложены.

Определением Южно-Сахалинского городского суда от 21 апреля 2010 года администрации города Южно-Сахалинска предоставлена отсрочка исполнения решения суда на шесть месяцев – до 21 октября 2010 года.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 02 февраля 2011 года администрации города Южно-Сахалинска установлен новый срок для исполнения требований исполнительного документа - до 21 февраля 2011 года.

В связи с неисполнением администрацией в установленный срок требований исполнительного документа судебный пристав-исполнитель постановлением от 22 февраля 2011 года наложил на администрацию города Южно-Сахалинска штраф в размере 30 000 рублей.

Проанализировав материалы исполнительного производства, и  установив неисполнение администрацией города Южно-Сахалинска содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, установленный судебным приставом-исполнителем после взыскания исполнительского сбора,  судья пришел к обоснованному выводу о правомерном привлечении ее к административной ответственности по части 1 статьи 17.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Обозначенные в жалобе причины нарушения срока исполнения судебного акта основанием для освобождения администрации города Южно-Сахалинска от ответственности не являются, поскольку исходя из положений законодательства об исполнительном производстве доказательствами невозможности исполнения судебного акта в установленный срок могут быть признаны лишь чрезвычайные либо другие непредотвратимые  обстоятельства, каковых администрацией города Южно-Сахалинска не представлено.

Ссылка в жалобе на постановление администрации города Южно-Сахалинска от 13 мая 2011 года № 797, которым Н. предоставлено жилое помещение, не может быть принята во внимание, поскольку указанное постановление вынесено за пределами установленного судебным приставом-исполнителем срока исполнения судебного акта.

Не основано на законе указание в жалобе на обязательность составления судебным приставом-исполнителем протокола об административном правонарушении.

В соответствии с частью 1.1 статьи 28.6. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случае совершения административных правонарушений, предусмотренных статьей 17.15 настоящего Кодекса, протокол об административном правонарушении не составляется. Рассмотрение дел об административных правонарушениях, назначение и исполнение административного наказания осуществляются в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, с учетом особенностей, установленных Федеральным законом «Об исполнительном производстве».

Частью 1 статьи 115 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что постановление судебного пристава-исполнителя о наложении штрафа выносится без составления протокола об административном правонарушении и без возбуждения отдельного дела об административном правонарушении.

Положение части 2 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, на которое сослался защитник администрации города в жалобе, на установленный специальными нормами порядок производства по делам об административных правонарушениях, предусмотренных частью 1 статьи 17.15 Кодекса, не распространяется.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения жалобы администрации города Южно-Сахалинска и отмены судебного постановления по делу не установлено.

 

Судебные коллегии по уголовным и гражданским делам Сахалинского областного суда

опубликовано 21.11.2011 07:23 (МСК)