Arms
 
развернуть
 
694420, г. Александровск-Сахалинский, ул. Советская, д. 7 А
Тел.: (42434) 4-49-36
alexandrovsk@sud-sakh.ru
схема проезда
694420, г. Александровск-Сахалинский, ул. Советская, д. 7 АТел.: (42434) 4-49-36alexandrovsk@sud-sakh.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Бюллетень Сахалинского областного суда за II квартал 2011 года

БЮЛЛЕТЕНЬ

САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

 

2 квартал 2011 года

 

Судебная практика по уголовным делам

 

Неполное исследование обстоятельств по делу повлекло отмену приговора.

Приговором Углегорского городского суда К. и М. осуждены по ч. 4 ст.111 УК РФ.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда приговор суда оставлен без изменения.

Президиум Сахалинского областного суда отменил судебные решения по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор суда считается обоснованным, если выводы суда основаны не на предположениях и противоречивых фактических данных, а на проверенных и оцененных в суде доказательствах, объективность и достоверность которых не вызывает сомнения.

Суд установил, что К. и М. избили потерпевшего Б. в один из дней периода с 15 по 30 октября 2009 года в с. Никольское Углегорского района, а умер потерпевший 28 ноября 2009 года в г. Углегорске в результате наличия у него тупой травмы живота в виде двух разрывов стенок тонкого кишечника, осложнившейся разлитым гнойным перитонитом, то есть в другом населенном пункте и через значительный промежуток времени, составляющий 28 - 43 дня.

Делая вывод о виновности осужденных, суд, как обоснованно было указано в надзорной жалобе защитника, не проверил надлежащим образом доводы стороны защиты об отсутствии причинной связи между действиями осужденных и наступлением смерти потерпевшего, а также о возможности получения Б. телесных повреждений, приведших к его смерти, после 30 октября 2009 года.

Отвергая доводы защиты в этой части, суд не дал надлежащей  оценки показаниям свидетелей Г., С., И., Л. о наличии у потерпевшего телесных повреждений в середине ноября 2009 года, которые со слов Б. тот получил при падении с лестницы и в результате избиения его иными лицами в городском парке, и оставил без внимания имеющиеся в материалах дела пояснения Ф., Г., П. и И., показавших, что накануне смерти Б. упал с лестницы, после чего не мог самостоятельно передвигаться, жаловался на сильные боли в области груди, его рвало, а через несколько дней он умер.

Совокупность указанных данных требовала тщательной проверки, поскольку выяснение вопросов об образе жизни, двигательной активности и самочувствии потерпевшего после избиения его осужденными и наличия или отсутствия у него симптомов перитонита имело существенное значение для правильного разрешения дела и установления наличия прямой причинной связи между действиями осужденных и наступлением смерти Б.

Тем более что эксперт, отвечая в суде на вопрос о возможности развития перитонита в такой большой промежуток времени, не смог дать однозначный ответ, сославшись именно на отсутствие данных о возможных случаях падения Б. и образе его жизни накануне смерти.

Поскольку выводы суда о виновности осужденных и о наличии причинной связи между их действиями и наступлением смерти потерпевшего Б. были основаны на неполно проверенных данных, приговор и кассационное определение судебной коллегии были отменены.

 

Нарушение права осужденных на защиту повлекло отмену приговора суда и всех последующих судебных решений

Приговором мирового судьи и решением Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области, вынесенном в апелляционном порядке, С., З. и С. были осуждены по ч. 1 ст. 130 УК РФ к штрафу.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда С., З. и С. от назначенного наказания были освобождены в связи с истечением сроков давности, а уголовное дело прекращено.

Президиум Сахалинского областного суда отменил судебные решения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции С. и З. заявили, что им необходима юридическая помощь и подали ходатайство о предоставлении им времени для заключения соглашения с адвокатом

16 февраля 2010 года судом в качестве защитника С. и З. был допущен Т., который адвокатом не являлся и заявил о наличии у него только высшего военного образования. При этом вопрос о допуске к участию адвоката для защиты интересов С. и З. судом разрешен не был.

Между тем в силу ст. 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, и в соответствии с ч. 2 ст. 49 УПК РФ защитником может быть допущен один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, но только наряду с адвокатом. При этом только при производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката.

Таким образом, поскольку С. и З. при рассмотрении  дела в апелляционном порядке заявили, что нуждаются в квалифицированной юридической помощи, то суду апелляционной инстанции надлежало принять меры к назначению защитника, имеющего статус адвоката, и допустить Т. к участию в деле только наряду с адвокатом.

Кроме того, из протокола судебного заседания следовало, что судебные заседания 25 февраля и 21 апреля 2010 года, в том числе и прения сторон, прошли без участия Т., и суд без выяснения причин его неявки продолжил рассмотрение дела, оставив, тем самым, С. и З. вообще без помощи защитника. 

Суд кассационной инстанции оставил данное нарушение права С. и З. на защиту без внимания и более того, сам допустил такое же нарушение закона, рассмотрев дело с участием только Т. и не обсудив ходатайство осужденных о назначении им защитника при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Поскольку нарушение права осужденных на защиту относится к фундаментальным нарушениям закона, президиум отменил судебные решения, в том числе и о прекращении дела, и направил дело на новое апелляционное рассмотрение.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 35 УК РФ преступление признаётся совершённым группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

Приговором Смирныховского районного суда  К. и Ц. осуждены по ч. 4 ст. 111 УК РФ за умышленное причинение М. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей, в группе лиц.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда приговор в части разрешения гражданского иска, назначения наказания Ц. и зачета К. срока  содержания под стражей изменен, в остальной части оставлен без изменения.

Президиум Сахалинского областного суда изменил судебные решения по следующим основаниям.

Судом установлено, что К. и Ц. в результате ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, нанесли М. удары по голове и телу.

При этом из признанных судом достоверными показаний К. следует, что К. и Ц. избивали М. не совместно, а последовательно: сначала К. нанесла удары кулаками и ногами по голове и телу М., а после того, как К. прекратила свои действия и села за стол, потерпевшую стал избивать Ц., который сначала на кухне бил М. головой о пол, а затем прошел за уползшей в спальню потерпевшей и, взяв М. за волосы, стал бить её головой о дверцу шкафа, в результате чего один из ударов пришёлся левой височной областью  в угол дверцы, что и привёло, по заключению эксперта, к образованию черепно-мозговой травмы, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и наступление смерти М.

Таким образом, поскольку судом первой инстанции с точностью было установлено, что черепно-мозговая травма, причинившая тяжкий вред здоровью потерпевшей М. и явившаяся, по заключение эксперта,  непосредственной причиной её смерти, причинена именно Ц., и в то время, когда К. уже прекратила наносить удары М.,  у суда отсутствовали основания для осуждения К. и Ц. по квалифицирующему признаку совершения преступления «группой лиц».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ударов, нанесённых К., наступили последствия в виде вреда здоровью М. средней тяжести.

С учетом изложенного президиум исключил из осуждения Ц. квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц и переквалифицировал действия К. на ч. 1 ст.112 УК РФ.

 

Неправильное применение уголовного закона повлекло изменение вида исправительной колонии, назначенного осужденному.

Приговором Южно-Сахалинского городского суда от 26 мая 2009 года М. был осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ, ст. 70 УК РФ к 3 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В кассационном порядке приговор не проверялся.

Президиум Сахалинского областного суда, рассмотрев уголовное дело по жалобе осужденного, изменил приговор суда по следующим основаниям.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы в исправительных колониях строгого режима назначается мужчинам, осуждённым к лишению свободы, при рецидиве преступлений, если осуждённый ранее отбывал лишение свободы.

Как следовало из материалов дела, приговором от 28 мая 2007 года  М. был осуждён условно, однако постановлением Южно-Сахалинского городского суда от 8 ноября 2007 года условное осуждение ему было отменено.

При этом фактически задержан и водворён в места заключения М. был лишь 21 ноября 2008 года, а до этого находился на свободе и 15 ноября 2008 года совершил новое преступление, за которое и был осужден приговором Южно-Сахалинского городского суда от 26 мая 2009 года.

Таким образом, после отмены условного осуждения и до совершения нового преступления М. фактически лишение свободы не отбывал.

При таких обстоятельствах у суда отсутствовали основания для признания М. лицом, отбывавшим лишение свободы, и для назначения отбывания лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Поскольку М. по обоим приговорам был осуждён за совершение тяжких преступлений, то на основании п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ президиум назначил отбывание ему наказания в исправительной колонии общего режима.

 

В соответствии с ч. 2 ст. 369 УПК РФ суд апелляционной инстанции вправе ухудшить положение осужденного и назначить более строгий вид исправительного учреждения только при наличии на то представления государственного обвинителя (прокурора) или жалобы потерпевшего, частного обвинителя или их представителей.

Приговором мирового судьи Х. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ и ему назначено отбывание наказания в колонии-поселении.

Приговором Поронайского городского суда от 08 ноября 2010 года,  вынесенном в апелляционном порядке,  Х. осужден по ч.1 ст.158 УК РФ и ему назначено отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В кассационном порядке указанный приговор не обжаловался.

Президиум Сахалинского областного суда изменил приговор суда по следующим основаниям.

По смыслу ч. 2 ст. 360 и ч. 2 ст. 369 УПК РФ в их взаимосвязи суд апелляционной инстанции вправе ухудшить положение осужденного и назначить более строгий вид наказания или исправительного учреждения только при наличии на то представления государственного обвинителя (прокурора) или жалобы потерпевшего, частного обвинителя или их представителей.

Суд апелляционной инстанции, изменяя приговор мирового суда и назначая Х. отбывание наказания в исправительной колонии общего режима вместо колонии-поселения, данные требования закона не учел и оставил без внимания то, что дело рассматривалось только по апелляционной жалобе осужденного, просившего о смягчении приговора. 

С учетом изложенного президиум назначил отбывание Х. наказания в колонии-поселении.

 

При решении вопроса о замене штрафа, назначенного в качестве основного наказания, необходимо установить, что действия осужденного, не уплатившего назначенный ему штраф, носили злостный характер и не были вызваны уважительными причинами.

Постановлением исполняющего  обязанности  мирового  судьи Г. было заменено наказание в виде штрафа в размере 2500 рублей на  исправительные  работы на срок 6 месяцев  с  удержанием  из  заработной  платы 5 %  в доход  государства.

В апелляционном и кассационном порядке постановление не обжаловалось.

Президиум Сахалинского областного суда отменил судебное решение по следующим основаниям.

Согласно требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Однако, заменяя Г. штраф исправительными работами, суд не обосновал и не мотивировал свое решение, а сослался только на  мнение  судебного  пристава - исполнителя без предоставления тем соответствующих документов, подтверждающих злостное уклонение осужденного от уплаты штрафа.

Между тем в соответствии с ч. 5 ст. 46 Уголовного кодекса Российской Федерации штраф, назначенный в качестве основного наказания, заменяется другим наказанием в пределах санкции, предусмотренной соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, лишь в случае злостного уклонения от его уплаты. При этом по смыслу закона критерием злостного неисполнения наказания, а соответственно, основанием для замены штрафа другим видом наказания является неуплата штрафа осужденным в установленный законом срок и по неуважительным причинам.

Следовательно, суду необходимо установить, что действия осужденного, не уплатившего назначенный ему по приговору штраф, носили умышленный, злостный характер и не были вызваны уважительными причинами.

Кроме того, в соответствии со ст. 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 2 октября 2007 года судебный пристав-исполнитель обязан разъяснить осужденному его права и обязанности, порядок и условия отбывания назначенного судом вида наказания, а также то, что неуплата штрафа в установленный срок, будет свидетельствовать о сознательном уклонении осужденного от его уплаты.

Однако каких-либо сведений о том, что после оглашения приговора судебным приставом-исполнителем осужденному Г. были разъяснены его права и обязанности по уплате штрафа, указаны реквизиты банка, и он был предупрежден о последствиях уклонения от исполнения назначенного наказания, в материалах не имеется. Не  имеется сведений и о направлении  осужденному постановления о возбуждении  исполнительного производства.

Само исполнительное производство в судебном заседании не исследовалось, и судом не выяснялось - принимались  ли меры для вручения должнику постановления о возбуждении исполнительного производства по исполнению приговора, выяснению возможности реальной уплаты штрафа в указанной выше сумме при наличии  у Г.  инвалидности третьей группы.

С учетом изложенного президиум отменил судебное решение и направил материалы дела на новое рассмотрение.

 

Отказ суда в принятии ходатайства о пересмотре приговора в порядке ст. 10 УК РФ

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда осужденному С. отказано в принятии ходатайства о пересмотре в соответствии со ст.10 УК РФ приговора Невельского районного суда от 6 июня 1997 года по тем основаниям, что наказание по указанному приговору осужденным уже отбыто полностью, а приговор Сахалинского областного суда от 23 ноября 1999 года был приведен в соответствие с законом, имеющим обратную силу, постановлением Облученского районного суда ЕАО от 14 апреля 2004 года.

В кассационном порядке постановление не обжаловалось.

Президиум Сахалинского областного суда отменил судебное решение по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в п.п. 3.1, 3.2 Постановления от 20 апреля 2006 года № 4-П, закон, улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу и подлежит применению в конкретном деле независимо от стадии судопроизводства, в которой должен решаться вопрос о применении этого закона, и независимо от того, в чем выражается такое улучшение - в отмене квалифицирующего признака преступления, снижении нижнего и (или) верхнего пределов санкции соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, изменении в благоприятную для осужденного сторону правил его Общей части, касающихся назначения наказания, или в чем-либо ином. При приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом подлежат применению все установленные Уголовным кодексом РФ в редакции этого закона правила, как общие, так и специальные, в соответствии с которыми вопрос о наказании разрешается при постановлении приговора, включая правила назначения наказания ниже низшего предела при наличии смягчающих обстоятельств, а также при рецидиве преступлений. Императивное по своему характеру правило ст. 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предписывающее применять новый уголовный закон, когда после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, не предполагает наличие у суда дискреционных полномочий,  которые позволяли бы ему в таких случаях игнорировать действие этого закона.

Как следовало из приговора Сахалинского областного суда от 23 ноября 1999 года, с учетом наличия у С. судимости по приговору Невельского районного суда от 06 июня 1997 года в его действиях был установлен особо опасный рецидив преступлений. Последнее обстоятельство было учтено при определении размера наказания осужденному.

Постановлением Облученского районного суда ЕАО приговор от 23 ноября 1999 года был пересмотрен, при этом было исключено указание о наличии в действиях С. особо опасного рецидива преступлений и установлено наличие опасного рецидива.

Таким образом, наличие рецидива преступлений и его вида в действиях осужденного С. не утратило своего значения и после пересмотра приговора от 23 ноября 1999 года.

Отказывая в принятии ходатайства, суд этого не учел и не принял во внимание, что,  несмотря на то, что судимость по приговору Невельского районного суда от 6 июня 1997 года погашена, и осужденный отбыл назначенное ему наказание по данному приговору, эта судимость не утратила свое правовое  значение, поскольку влияет на рецидив преступлений и назначенное с учетом этого обстоятельства по приговору от 23 ноября 1999 года наказание, которое  осужденный отбывает в настоящее время.  

Следовательно, эти обстоятельства  должны были проверяться при пересмотре приговора Невельского районного суда от 6 июня 1997 года.   

С учетом изложенного, президиум отменил судебное решение и направил материалы дела на новое рассмотрение.

 

Нарушение права заявителя на доведение своей позиции до суда при рассмотрении его жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, повлекло отмену судебного решения.

Л., отбывающий уголовное наказание в виде лишения свободы по приговору суда, обжаловал в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, бездействие должностных лиц органов предварительного расследования СУ СК при прокуратуре РФ Сахалинской области по проверке его заявлений о совершенных преступлениях сотрудниками УФСКН.

Постановлением Южно-Сахалинского городского суда в удовлетворении жалобы Л. отказано.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Президиум Сахалинского областного суда отменил судебные решения по следующим основаниям.

В соответствии с уголовно-процессуальным законом суд обязан разъяснить любому участнику уголовного судопроизводства его права и обеспечить возможность осуществления этих прав (ч.1 ст.11 УПК РФ), создать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч.3 ст.15 УПК РФ) и своевременно известить всех участников процесса о месте, дате и времени судебного заседания (ч. 3 ст. 125 УПК РФ).

Как видно из представленных материалов, рассмотрение жалобы Л. в назначенные судом дни не состоялось, и было отложено сначала до 20 декабря 2010 года - когда и состоялось исследование представленных материалов, а затем до 11 января 2011 года - когда было заслушано выступление прокурора и вынесено окончательное решение.

При этом судья принял решение о рассмотрении жалобы в отсутствии заявителя Л. и отказе в удовлетворении его ходатайства о личном участии и об ознакомлении с представленными в суд материалами только 11 января 2011 года, то есть в тот день, когда и вынес окончательное решение по жалобе, сославшись на то, что Л. отбывает наказание за пределами г. Южно-Сахалинска.

По смыслу закона, толкования которому даны в Определении Конституционного Суда РФ от 19 мая 2009 года N 576-О-П и в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 года № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ», в случае обжалования осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, действий и решений органов предварительного расследования, действий (бездействия) или решений органов предварительного расследования в виде отказа в приеме сообщения о преступлении, бездействия при проверке этих сообщений, отказа в возбуждении уголовного дела и др., осужденный претендует на роль потерпевшего в будущем уголовном деле, на возбуждении которого он настаивает. Жалобы осужденных в таких случаях не связаны с применением к ним мер, сопряженных с уголовным преследованием, ограничением свободы и личной неприкосновенности, поэтому суд вправе обеспечить конституционное право заявителей довести до сведения суда свою позицию относительно всех аспектов дела не только путем его личного участия в судебном заседании, но и иными способами - путем допуска к участию в судебном заседании его представителя, принятия письменных обращений, предоставления права обжалования принятого судебного решения.

Таким образом, действующее законодательство не возлагает на суд обязанность обеспечивать личное участие заявителя, отбывающего наказание в виде лишения свободы, в судебном заседании по рассмотрению его жалобы на действия (бездействие) и решения органов уголовного преследования, имевших место до возбуждения уголовного дела.

Вместе с тем по смыслу закона судья обязан принять меры по обеспечению процессуальных прав данной категории заявителей и помимо извещения о времени и месте рассмотрения жалобы, с учетом специфики ситуации должен предоставить достаточное время и  реальную возможность довести свою позицию относительно существа поданной жалобы до сведения суда путем представления письменных объяснений, использования помощи адвокатов и иных представителей, а также другим предусмотренным законом способом.

Поскольку сведений о том, что Л. своевременно был извещен о рассмотрении его жалобы 20 декабря 2010 года и 11 января 2011 года, и ему своевременно было разъяснено право довести до суда свою позицию указанными выше способами, материалы не содержали, президиум отменил судебные решения, признав довод Л. о нарушении его права на справедливое судебное разбирательство обоснованным.

Кроме того, поданная Л. в суд первой инстанции жалоба не содержала необходимых для решения вопроса об её принятии к производству суда сведений. Так, Л. указал в жалобе, что 5 раз  обращался с заявлениями – сообщениями о преступлениях в СУ СК РФ в Сахалинской области, но ответов на них не получил; однако  какие конкретно, когда, в отношении каких преступлений им подавались заявления, в жалобе указано не было.

При таких обстоятельствах жалоба Л.  не соответствовала требованиям закона и подлежала (как об этом указано в п. 7 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 года № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации») возвращению заявителю  с указанием в постановлении причин принятия решения  и разъяснением права вновь обратиться в суд.

 

Судебная практика по гражданским делам

 

Нарушение процессуальных прав ответчика, отбывающего наказание в местах лишения свободы, повлекло отмену решения суда и направление дела на новое рассмотрение.

П. обратилась в суд с иском к У. о лишении родительских прав и взыскании алиментов. В обоснование иска указала, что ответчик является отцом ее несовершеннолетней дочери А., однако осуществляет свои родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, не в состоянии обеспечить его надлежащее воспитание и развитие, не принимает участия в воспитании ребенка, не оказывает материальной помощи, ведет аморальный образ жизни, в настоящее время отбывает наказание в местах лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного статьей 111 Уголовного кодекса РФ.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 12 апреля 2011 года исковые требования удовлетворены, ответчик У. лишен родительских прав в отношении несовершеннолетней дочери У.А.Е., с него в пользу истца П. взысканы  алименты на содержание указанного несовершеннолетнего ребенка в размере 1/4 части всех видов заработка  и (или) иного дохода ежемесячно, начиная с 15 февраля 2011 года до совершеннолетия ребенка и государственная пошлина в доход местного бюджета городского округа «Город Южно-Сахалинск» в размере 200 рублей.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 31 мая 2011 года указанное решение по кассационной жалобе ответчика отменено в связи с нарушением норм процессуального права, а дело – направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, исходя из следующего.                

В соответствии с частью 2 статьи 12 Гражданского  процессуального кодекса РФ суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Конституционный Суд Российской Федерации в  Определении от 19 мая 2009 года N 576-О-П указал, что в случае участия осужденного к лишению свободы в качестве стороны в гражданском деле его право довести до суда свою позицию может быть реализовано и без личного участия в судебном разбирательстве (определения от 11 июля 2006 года № 351-О, от 16 ноября 2006 года № 538-О, от 21 февраля 2008 года № 94-О-О).

Вместе с тем согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 8 декабря 2003 года N 18-П, суд не может быть лишен полномочия признать необходимым личное участие осужденного в судебном заседании, чтобы непосредственно заслушать его объяснения и обеспечить тем самым соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого решения по делу, вытекающих из статей 46-52,118, 120 и 123 Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им статей 6 и 13  Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Рассматривая вопрос о личном участии осужденного к лишению свободы в судебном заседании по гражданскому делу, суд обязан учесть все обстоятельства, в том числе характер затрагиваемых при этом конституционных прав, и принять обоснованное и мотивированное решение о форме участия осужденного в судебном разбирательстве.

Как установлено судом кассационной инстанции, решение суда от 12 апреля 2011 года постановлено без участия ответчика У., отбывающего наказание по приговору суда в местах лишения свободы. Будучи извещенным о времени и месте судебного заседания, ответчик У. в письменном ходатайстве от 23 марта 2011 года ввиду невозможности личного участия в рассмотрении дела просил вызвать в суд в качестве его представителя свою мать Б.

Между тем Б. в качестве представителя ответчика о времени и месте рассмотрения дела судом не извещалась, не разъяснены судом ответчику, отбывающему наказание в местах лишения свободы, и положения статей 48, 53 Гражданского процессуального кодекса РФ о необходимости выдачи представителю надлежаще оформленной доверенности, в том числе, удостоверенной начальником соответствующего места лишения свободы. Не принято судом и мотивированного решения о форме участия осужденного ответчика в судебном заседании, исходя из характера его затрагиваемых прав.

 

Разрешение дела по иску лица, неуполномоченного на его подписание и предъявление в суд, повлекло отмену судебных постановлений с оставлением иска без рассмотрения.

Общество с ограниченной ответственностью «Сахалинский водоканал» обратилось в суд с иском к Г. о  взыскании задолженности за оказанные услуги по водоснабжению и водоотведению в размере ***рублей.

Решением мирового судьи судебного участка № 29 городского округа «Город Южно-Сахалинск» от 15 марта 2010 года, оставленным без изменения апелляционным определением Южно-Сахалинского городского суда от 05 августа 2010 года, исковые требования были удовлетворены.

Постановлением президиума Сахалинского областного суда от 15 апреля 2011 года принятые по делу судебные постановления по надзорной жалобе ответчика Г. отменены по следующим основаниям.

Согласно статьям 3, 4, 48, 53 и 54  Гражданского процессуального кодекса РФ право на обращение в суд в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, принадлежит заинтересованному лицу.

Суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов.

Дела организаций ведут в суде их органы, действующие в пределах полномочий, предоставленных им федеральным законом, иными правовыми актами или учредительными документами, либо представители.

Полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом.

Представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия. Однако право представителя на подписание искового заявления и предъявление его в суд должно быть специально оговорено в доверенности, выданной представляемым лицом.

В силу пункта 1 части 1 статьи 188 Гражданского кодекса РФ действие доверенности прекращается вследствие истечения срока доверенности.

Согласно статье 222 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если заявление подписано или подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание или предъявление иска, а в соответствии со статьей 328 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционных жалобы, представления вправе отменить решение мирового судьи полностью или в части и прекратить судебное производство либо оставить заявление без рассмотрения.

Как подтверждено материалами дела, вышеуказанное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Сахалинский водоканал» подписано представителем по доверенности Д.

Данное исковое заявление поступило в судебный участок № 29 нарочным 21 января 2010 года.

При этом из приложенной к исковому заявлению доверенности № 09/11 от 25 мая 2009 года, выданной на имя Д. генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Сахалинский водоканал» и содержащей полномочия на подписание исковых заявлений, а также на предъявление их в суд, следует, что она выдана на срок до 31 декабря 2009 года.

Таким образом, на момент подачи иска в суд срок доверенности истек, и действие доверенности прекращено.

Указанное являлось основанием для возвращения искового заявления лицу, его подавшему, и препятствовало разрешению дела по существу, однако суды первой и апелляционной инстанций этого не учли.

Допущенное нарушение норм процессуального права повлекло отмену обжалуемых судебных постановлений в порядке надзора с оставлением искового заявления общества с ограниченной ответственностью «Сахалинский водоканал» без рассмотрения.

 

Вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для восстановления пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы признан неправомерным.

Решением мирового судьи судебного участка № 23 МО « Южно-Курильский городской округ» от 26 октября 2010 года иск муниципального унитарного предприятия « Южно-Курильское жилищное управление» о взыскании с М. задолженности за обслуживание жилья, ремонт мест общего имущества многоквартирного дома и коммунальные услуги удовлетворен в полном объеме.

29 ноября 2010 года к мировому судье поступила апелляционная жалоба М. на вышеуказанное решение, содержащая просьбу о восстановлении срока для подачи апелляционной жалобы.

Определением мирового судьи судебного участка № 23 муниципального образования « Южно-Курильский городской округ» от 11 января 2011 года, оставленным без изменения апелляционным определением Южно-Курильского районного суда от 04 февраля 2011 года, в восстановлении срока для подачи апелляционной жалобы отказано. 

Постановлением президиума Сахалинского областного суда от 27 мая 2011 года указанные судебные постановления отменены, а срок на подачу М. апелляционной жалобы восстановлен исходя из нижеследующего.

Согласно статье 321 Гражданского процессуального кодекса РФ апелляционная жалоба, представление могут быть поданы в течение десяти дней со дня принятия мировым судьей решения в окончательной форме.

В силу части 1 статьи 112 Гражданского процессуального кодекса РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок, по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Как подтверждено материалами дела, мотивированное решение мирового судьи судебного участка № 23 МО « Южно-Курильский городской округ» от 26 октября 2010 года изготовлено 01 ноября 2010 года, направлено сторонам по почте 08 ноября 2010 года и получено М. 12 ноября 2010 года, то есть за пределами установленного законом срока для апелляционного обжалования решения.

При таком положении, вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии уважительных причин для восстановления пропущенного процессуального срока противоречит закону и установленным обстоятельствам, согласно которым срок на обжалование пропущен не по вине М., чего суды первой и апелляционной инстанций неправомерно не учли.

 

Право на предоставление жилых помещений по договору социального найма вне очереди в связи с непригодностью занимаемого жилого помещения, установленной после введения в действие Жилищного кодекса РФ, признается за гражданами при условии, если эти граждане в установленном порядке признаны малоимущими, являются нуждающимися в жилом помещении и состоят на учете в качестве таковых.

Прокурор обратился в суд в интересах З., проживающих по договору социального найма в квартире №** дома № **, признанного в установленном порядке непригодным для проживания, с иском о возложении на Яблочную сельскую управу администрации муниципального образования «Холмский городской округ» обязанности по предоставлению истцам вне очереди по договору социального найма другого жилого помещения, отвечающего установленным санитарно-техническим требованиям и равнозначного по общей площади ранее занимаемому.

Решением Холмского городского суда от 20 октября 2010 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 30 ноября 2010 года, исковые требования удовлетворены.

Постановлением президиума Сахалинского областного суда от 27 мая 2011 года принятые по делу судебные постановления отменены в связи с существенным нарушением норм материального права и указано следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 40 Конституции РФ малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

Согласно статье 49 Жилищного кодекса РФ по договорам социального найма жилые помещения государственного или  муниципального жилищного фонда предоставляются малоимущим гражданам, признанным по установленным настоящим Кодексом основаниям нуждающимися в жилых помещениях, с соблюдением  предусмотренного настоящим Кодексом порядка.

Нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, в том числе  признаются граждане, проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям (пункт 3 части 1 статьи 51 Жилищного кодекса РФ).

Порядок предоставления жилых помещений по договорам социального найма определен  в статье 57 Жилищного кодекса РФ, согласно части 1 которой жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности исходя из времени принятия таких граждан на учет, за исключением установленных частью 2настоящей статьи случаев.

Законом Сахалинской области «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан  в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма» от 01 декабря 2005 года № 87-ЗО (в редакции Закона Сахалинской области от 04.07.2007 года) для принятия на учет гражданин подает заявление по установленной форме, подписанное всеми проживающими совместно с ним дееспособными членами семьи. Наряду с иными необходимыми документами к заявлению прилагается решение уполномоченного органа местного самоуправления о признании гражданина малоимущим (статья 2).

При этом Законом Сахалинской области «О порядке определения размера дохода семьи и стоимости имущества, находящегося в собственности членов семьи и подлежащего налогообложению, в целях признания граждан малоимущими и предоставления им по договорам социального найма жилых помещений муниципального жилищного фонда» от 16 декабря 2005 года  № 97-ЗО признание семьи малоимущей в целях предоставления ей (семье) по договору социального найма жилого помещения из муниципального жилищного фонда принимаются во внимание  доходы каждого члена семьи за прошедший календарный год на основании представленных ими по установленному перечню документов (статьи 2-4 Закона).

Таким образом, право на предоставление жилых помещений по договору социального найма вне очереди на основании пункта 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса РФ признается за гражданами при условии соблюдения общих требований жилищного законодательства применительно к предоставлению жилых помещений по договорам социального найма, а в данном случае при условии, если эти граждане в установленном порядке признаны малоимущими, являются нуждающимися в жилом помещении и состоят на учете в качестве таковых.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, истцы зарегистрированы и проживают по договору социального найма в жилом помещении, признанном непригодным для проживания. Вместе с тем истцы не признаны малоимущими и в качестве таковых на учете нуждающихся в жилом помещении не состоят.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленного требования не имелось, чего суды первой и кассационной инстанции не учли.

Поскольку по делу было допущено существенное нарушение норм материального права, а обстоятельства дела были установлены полно и правильно, президиум отменил состоявшиеся судебные постановления и принял новое решение об отказе в удовлетворении предъявленного прокурором в интересах З. иска.

 

Обязанность по надлежащему учету граждан, высвобожденных в связи с ликвидацией  шахты, и имеющих право на переселение за счет средств государственной поддержки, законом возложена на организации угольной промышленности, профсоюзные органы, и органы местного самоуправления, а недостатки в таком учете не могут служить основанием для отказа гражданину в защите нарушенного права.

11 октября 2010 года О. обратилась в суд с иском к администрации Углегорского муниципального района о возложении обязанности включить в список высвобожденных работников ликвидированной шахты «Ударновская» на получение социальных выплат для приобретения жилья за счет средств, выделяемых из федерального бюджета на реализацию программ местного развития и обеспечения занятости шахтерских городов и поселков, в составе семьи из четырех человек.

В обоснование иска указала, что работала на шахте «Ударновская» производственного объединения «Сахалинуголь», 17 августа 1998 года уволена в связи с ликвидацией предприятия и на момент увольнения имела 17-летний стаж работы в угольной отрасли. В период проведения ликвидационных мероприятий ею было подано заявление на переселение в г. Хабаровск и она была включена в соответствующий список № 5 работников шахты «Ударновская», уволенных по ликвидации, имеющих стаж работы в угольной промышленности более 10 лет, проживающих в благоустроенном жилье. В сентябре 2010 года она обратилась в администрацию Углегорского муниципального района с заявлением, в котором просила сообщить ее порядковый номер в списке на переселение, и 27 сентября 2010 года получила ответ о том, что в указанном списке не состоит. Ссылаясь на то, что состояла в списке на переселение, заявлений об исключении из списка не подавала и об исключении из списка не уведомлялась, просила заявленное требование удовлетворить.

Решением Углегорского городского суда от 19 ноября 2010 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 08 февраля 2011 года, в удовлетворении иска Оборневой Т.А. отказано.

Постановлением Президиума Сахалинского областного суда от 17 июня 2010 года принятые по делу судебные постановления отменены.

При этом суд надзорной инстанции исходил из следующего.

Из анализа норм, содержащихся в Постановлении Правительства Российской Федерации от 3 декабря 1997 года № 1523 «О государственном финансировании мероприятий по реструктуризации угольной промышленности», действовавшего до 1 января 2005 года, в Перечне мероприятий по реструктуризации угольной промышленности, финансируемых за счет средств государственной поддержки, являющемся приложением к данному Постановлению, в Положении о содействии переселению из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей из неперспективных шахтерских городов и поселков с предоставлением помощи непосредственно переселяемым гражданам, утвержденном Президиумом Межведомственной комиссии по социально-экономическим проблемам угледобывающих регионов 15 ноября 1999 года, в Положении о порядке установления очередности выделения (приобретения) жилья для организаций открытого акционерного общества «Сахалинуголь» за счет средств государственной поддержки угольной отрасли  по направлению «Реализация программ местного развития и обеспечения занятости для шахтерских городов и поселков», утвержденном в феврале 2000 года, а также в Положении о формировании и реализации программ местного развития и обеспечения занятости для шахтёрских городов и поселков, финансируемых за счёт средств государственной поддержки угольной отрасли, утвержденном приказом Минэнерго от 19 июня 2002 года № 185, следует, что право на получение социальных выплат для приобретения жилья за счет средств, выделяемых из федерального бюджета на реализацию программ местного развития и обеспечения занятости шахтерских городов и поселков имеют граждане, имеющие стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет.

При этом обязанность по ведению списков переселяемых граждан, из числа высвобожденных в связи с ликвидацией шахт, имеющих стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет, возлагалась на организации угольной промышленности и профсоюзные органы; указанные списки после их упорядочения подлежали передаче в установленном порядке органам местного самоуправления.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суды первой и кассационной инстанций исходили из того, что О. не включена ни в «Список очередников из числа бывших работников шахты «Ударновская» ОАО «Угольная компания Сахалинуголь» на приобретение жилья за счет средств господдержки угольной промышленности по направлению финансирования «Реализация программ местного развития и обеспечения занятости для шахтерских городов и поселков (1-этап переселения)», переданный председателем ликвидационной комиссии ОАО «Угольная компания Сахалинуголь» администрации Углегорского района в январе 2003 года, ни в «Список пенсионеров и других категорий граждан из числа бывших работников ликвидируемой шахты «Ударновская» ОАО «Сахалинуголь» на предоставление жилья за счет средств господдержки угольной промышленности по направлению финансирования «Реализация программ местного развития и обеспечения занятости для шахтерских городов и поселков (2-этап переселения)», переданный председателем ликвидационной комиссии ОАО «Угольная компания Сахалинуголь» администрации Углегорского района 28 февраля 2002 года.

Между тем, как установлено судом и подтверждается материалами дела, О. относится к числу граждан, высвобожденных в связи с ликвидацией шахты «Ударновская», имеет стаж работы в угольной промышленности в количестве 17 лет, и обладает правом на получение социальной выплаты для приобретения жилья за счет средств, выделяемых из федерального бюджета на реализацию программ местного развития и обеспечения занятости шахтерских городов и поселков.

Установлено судом и то обстоятельство, что О. состояла в Списке № 5 работников шахты «Ударновская», уволенных по ликвидации, имеющих стаж работы в угольной промышленности более 10 лет, проживающих в благоустроенном жилье, в котором отражены фамилии, имя отчество переселяемого гражданина и желаемое после переселения место жительство. При этом указанный список составлен председателем ликвидационной комиссии шахты «Ударновская», председателем профсоюзной организации шахты «Ударновская» и председателем теркома профсоюза угольной промышленности.

При таких данных, учитывая, что обязанность по надлежащему учету граждан, высвобожденных в связи с ликвидацией шахты, и имеющих право на переселение за счет средств государственной поддержки, законом возложена на организации угольной промышленности, профсоюзные органы, и органы местного самоуправления, недостатки в таком учете не могут служить основанием для отказа гражданину в восстановлении его в указанном выше списке, и не могут влечь отказа в защите нарушенного права.

Допущенное судом нарушение норм материального права повлекло и нарушение норм процессуального права, выразившееся в том, что вопреки требованиям части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суд не обсуждал имеющий значение для правильного рассмотрения дела вопрос о составе семьи Оборневой Т.А., тогда как в вышеуказанном списке она состояла в составе семьи из трех человек, а исковые требования предъявила о включении ее в список в составе семьи из четырех человек. Не привлечены судом к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне истца и члены семьи О., прав и обязанностей которых рассматриваемое дело касается. Поскольку судебные постановления по делу приняты с существенным нарушением норм материального и процессуального права, они судом надзорной инстанции отменены по основаниям статьи 387 Гражданского процессуального кодекса РФ, а дело – направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

 

Отказ в иске о признании недействительным Договора управления многоквартирным домом в части возложения на собственников жилых помещений обязанности вносить плату за капитальный ремонт общего имущества, и о возложении обязанности произвести перерасчет внесенных платежей признан законным и обоснованным.

И. является собственником квартиры № **, расположенной в многоквартирном доме № ** по улице *** в городе Южно-Сахалинске.

02 июня 2010 года прокурор города Южно-Сахалинска в интересах И. обратился в суд с иском к ООО УК «ЖЭУ-7» о признании недействительным пунктов 3.3.9; 4.2 и 4.3 заключенного 01 июля 2009 года Договора управления многоквартирным домом, в котором расположено жилое помещение И., в части возложения на собственников жилых помещений обязанности вносить плату за капитальный ремонт общего имущества и перерасчете внесенных истцом платежей. В обоснование иска прокурор указал, что при проверке обращения И. о незаконном взимании с нее ООО УК «ЖЭУ-7» платы за капитальный ремонт общего имущества многоквартирного дома, в котором она проживает, установлено, что такая обязанность возложена на собственников помещений данного дома оспариваемыми пунктами заключенного ими Договора управления с управляющей организацией ООО УК «ЖЭУ-7» в нарушение норм Жилищного кодекса РФ, так как такого решения собственники помещений данного многоквартирного дома не принимали.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 29 ноября 2010 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам от 31 мая 2011 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

При этом, оставляя решение суда первой инстанции без изменения,  суд кассационной инстанции указал следующее.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 154 Жилищного кодекса Российской Федерации плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает: плату за содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию, текущему и капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме.

Согласно части 7 статьи 156 Жилищного кодекса Российской Федерации размер платы за содержание и ремонт жилого помещения в многоквартирном доме, в котором не созданы товарищество собственников жилья либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив, определяется на общем собрании собственников помещений в таком доме, которое проводится в порядке, установленном статьями 45-48 настоящего Кодекса, в том числе в форме заочного голосования.

Как установлено судом, подтверждено материалами дела и не оспаривалось сторонами, решением общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме № ** по улице ** в городе Южно-Сахалинске от 26 мая 2009 года выбрана управляющая организация ООО УК «ЖЭУ – 7». На этом же собрании собственники своим решением утвердили договор управления многоквартирным домом с управляющей организацией, который содержит, в том числе условие о размере платы за капитальный ремонт общего имущества. За утверждение договора с управляющей организацией ООО УК «ЖЭУ-7» проголосовали 51,8 % участвовавших в заочном голосовании собственников помещений. Данное решение никем из собственников помещений дома, в том числе и истцом, в установленном частью 6 статьи 46 ЖК РФ  порядке не оспорено и является действительным.

Установлено судом и подтверждено материалами дела также то обстоятельство, что с 03 июля по 12 июля 2010 года было проведено внеочередное общее собрание собственников помещений в указанном доме путем заочного голосования, на котором принято решение о проведении ремонта кровли, о подтверждении законности установленной Договором управления платы за капитальный ремонт общего имущества в размере 4,41 рублей за один квадратный метр и об использовании средств собственников, собранных на капитальный ремонт в сумме 226 395 рублей, на ремонт кровли. Как указано в протоколе № 1 от 12 июля 2010 года,  общее собрание собственников помещений многоквартирного дома № ** по улице ** было правомочно решать вопросы, включенные в повестку дня, в голосовании приняли участие собственники, обладающие 79,4 %  голосов от общего числа голосов собственников, что соответствует требованиям части 1 статьи 45 ЖК РФ. При этом за принятое общим собранием решение проголосовали 96,7 % голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме, то есть квалифицированное большинство (более чем 2/3) голосов, что соответствует требованиям пункта 1 части 2 статьи 44 и части 1 статьи 46 ЖК РФ. Данное решение в установленном частью 6 статьи 46 ЖК РФ порядке также не обжаловано, и правомерно принято судом в качестве допустимого доказательства, опровергающего обоснованность заявленных прокурором требований.

При этом ссылку в кассационном представлении на неправомерность включения в протокол общего собрания собственников от 12 июля 2010 года голосов  собственников квартир, не принимавших участие в голосовании, суд кассационной инстанции счел не имеющей правового значения для дела, поскольку в установленном законом порядке требование о признании указанного решения недействительным не заявлялось, в связи с чем у суда первой инстанции основания для проверки доводов о недействительности решения общего собрания собственников отсутствовали.

 

Судебная практика по административным делам

 

Комитет по управлению муниципальной собственностью муниципального образования соответствующего городского округа при наличии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях, может быть субъектом ответственности за нарушение требований пожарной безопасности в общежитии.

Территориальным отделом надзорной деятельности Долинского района Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области (далее - территориальный отдел надзорной деятельности Долинского района) 15 февраля – 7 марта 2011 года в здании общежития, расположенном по адресу: город Долинск, улица Ленина, 21, проведена проверка соблюдения правил пожарной безопасности.

По результатам проверки 24 февраля 2011 года главным государственным инспектором территориального отдела надзорной деятельности Долинского района в отношении Комитета по управлению муниципальной собственностью муниципального образования городской округ «Долинский»  (далее – Комитет) составлен протокол о совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях, согласно которому в указанном выше общежитии выявлены нарушения Правил пожарной безопасности в Российской Федерации (ППБ 01-03), Норм пожарной безопасности в Российской Федерации (НПБ 110-03), и Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Приказом Минэнерго РФ от 13.01.2003 № 6 (ПТЭЭП).

24 февраля 2011 года данный материал передан на рассмотрение в Долинский городской суд.

Постановлением судьи Долинского городского суда от 28 апреля 2011 года Комитет привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 20.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 15 000 рублей.

Защитником Комитета - С. была принесена жалоба об отмене указанного постановления в связи с неисследованностью обстоятельств дела и недоказанностью вывода суда о наличии у Комитета возможности для соблюдения правил и норм пожарной безопасности.

Решением судьи Сахалинского областного суда от 31 мая 2011 года обжалуемое постановление судьи оставлено без изменения, а жалоба защитника - без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 37 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» руководители организаций обязаны: соблюдать требования пожарной безопасности; разрабатывать и осуществлять меры по обеспечению пожарной безопасности; содержать в исправном состоянии системы и средства противопожарной защиты, включая первичные средства тушения пожаров, не допускать их использования не по назначению.

Согласно части 1 статьи 38 указанного Федерального закона ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут: собственники имущества, руководители федеральных органов исполнительной власти, руководители органов местного самоуправления, лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности, должностные лица в пределах их компетенции.

В Правилах пожарной безопасности в Российской Федерации ППБ 01-03, утвержденных приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 18 мая 2003 года № 313, установлены требования пожарной безопасности, обязательные для применения и исполнения органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, их должностными лицами, предпринимателями без образования юридического лица, гражданами Российской Федерации, иностранными гражданами, лицами без гражданства в целях защиты жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества, охраны окружающей среды (пункт 1 Правил).

В соответствии с пунктом 10 названных Правил собственники имущества, лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители и должностные лица организаций, лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности, должны обеспечивать своевременное выполнение требований пожарной безопасности.

Нарушение юридическими лицами требований пожарной безопасности, установленных стандартами, нормами и правилами, за исключением случаев, предусмотренных статьями 8.32, 11.16 настоящего Кодекса, влечет ответственность по части 1 статьи 20.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде штрафа от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.

Объективная сторона правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях, представляет собой противоправное действие либо бездействие, нарушающее установленные требования пожарной безопасности, а субъектами правонарушения являются лица, на которых возложена ответственность за их соблюдение.

Как подтверждено материалами дела, здание общежития, расположенное по адресу: город Долинск, улица Ленина, 21, находится в муниципальной собственности муниципального образования городской округ «Долинский» на основании решения Собрания муниципального образования городской округ «Долинский» от 26 января 2011 года №266/19 «Об утверждении реестра объектов специализированного жилищного фонда муниципального образования городской округ «Долинский» по состоянию на 01.01.2011г.».

В соответствии с пунктом 1.1 Положения о Комитете по управлению муниципальной собственностью муниципального образования городской округ «Долинский», утвержденного решением Собрания муниципального образования городской округ «Долинский» от 27 января 2010 года №56/5, Комитет является иным органом местного самоуправления, наделенным муниципальным образованием городской округ «Долинский» полномочиями по управлению муниципальным имуществом, предназначенным для решения вопросов местного значения. Основными задачами Комитета являются управление и распоряжение в установленном порядке объектами муниципальной собственности, контроль за сохранностью и использованием по назначению муниципального имущества (пункты 2.1.1; 2.1.3).

Территориальным отделом надзорной деятельности Долинского района в ходе проведения проверки в здании общежития по улице Ленина, 21, выявлены 34 нарушения правил пожарной безопасности, что подтверждается актом проверки от 24 февраля 2011 года и протоколом об административном правонарушении от 24 февраля 2011 года со ссылкой на нарушение конкретных норм и правил, регламентирующих требования, предъявляемые к пожарной безопасности.

Учитывая закрепленную приведенным выше законодательством ответственность собственника за нарушение требований пожарной безопасности и выявленные в общежитии нарушения данных требований, наличие которых в большинстве своем Комитетом не оспаривается, судья пришел к обоснованному выводу о наличии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и с учетом характера нарушений, назначения помещения, правомерно определил наказание в виде административного штрафа.

Наличие договора управления общежитием, заключенного между Комитетом и обществом с ограниченной ответственностью «Долинское жилищное предприятие - 1» от 14 января 2011 года №1, не исключает ответственность Комитета за нарушение правил пожарной безопасности, поскольку такая ответственность на него, как на лицо, наделенное правомочиями собственника имущества, возложена законом, на что правомерно указал судья.

В этой связи довод защитника о том, что Комитет не является субъектом указанного административного правонарушения, признан несостоятельным.

Более того, исходя из положений вышеуказанного договора, на общество с ограниченной ответственностью «Долинское жилищное предприятие -1» ответственность за соблюдение всех установленных нормативными актами Российской Федерации требований пожарной безопасности не возложена, управляющая организация несет ответственность только в объеме принятых на себя по договору обязательств, тогда как часть выявленных в результате проверки нарушений требований пожарной безопасности в перечень определенных договором работ и услуг не входит.

В этой связи довод защитника о том, что управляющая организация на основании части 1 статьи 161 Жилищного кодекса РФ должна обеспечить благоприятные и безопасные условия проживания граждан и несет ответственность за выявленные нарушения в полном объеме, признан несостоятельным, поскольку указанная норма является общей, конкретные же права и обязанности собственника и управляющей организации в зависимости от состава, конструктивных особенностей, технического состояния общего имущества дома и других условий определяются сторонами в договоре.

Ссылка в жалобе на отсутствие и недоказанность вины Комитета в совершении административного правонарушения также признана несостоятельной.

Так, на основании части 2 статьи 2.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В силу возложенных на Комитет организационно-распорядительных полномочий по управлению муниципальным имуществом, в том числе контрольных функций, у указанного органа местного самоуправления имелась возможность для соблюдения правил и норм пожарной безопасности в принадлежащем муниципальному образованию здании общежития, однако мер по их соблюдению не принято, в том числе путем контроля за надлежащим исполнением обязательств управляющей организацией.

Доказательств принятия каких-либо мер, направленных на соблюдение правил пожарной безопасности в общежитии, кроме заключения договора управления, Комитет суду не представил.

Указание защитника на отсутствие у Комитета финансовых средств, позволяющих производить работы по обеспечению пожарной безопасности, ответственность юридического лица, обязанного заблаговременно планировать указанные работы и принимать меры к их финансированию, не исключает.

 

Вывод судьи о наличии в действиях лица состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 12.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и правомерном привлечении его к административной ответственности признан правильным.

28 ноября 2010 года инспектором ДПС СРДПС ГИБДД ОР при УВД по Сахалинской области в отношении В. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 3.1 статьи 12.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Постановлением старшего инспектора ОГИБДД УВД по городу Южно-Сахалинску от 3 декабря 2010 года В. привлечен к административной ответственности по части 3.1 статьи 12.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 500 рублей.

Указанное постановление В. обжаловал в суд.

Решением судьи Южно-Сахалинского городского суда от 14 февраля 2011 года постановление оставлено без изменения.

На указанное решение судьи В. принесена жалоба, в которой он указал, что замеры светопропускания стекол были произведены с нарушением требований ГОСТа 27902-88, а вывод судьи о наличии у всех сотрудников ГИБДД полномочия на применение технических средств измерения не основан на законе.

Решением судьи Сахалинского областного суда от 05 мая 2011 года обжалуемое решение судьи Южно-Сахалинского городского суда оставлено без изменения исходя из следующих оснований.

Частью 3.1 статьи 12.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях предусмотрена ответственность за управление транспортным средством, на котором установлены стекла (в том числе покрытые прозрачными цветными пленками), светопропускание которых не соответствует требованиям технического регламента о безопасности колесных транспортных средств.

Пунктом 3.5.2 Технического регламента о безопасности колесных транспортных средств, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 сентября 2009 года № 720 (в редакции от 10 сентября 2010 года), установлено, что светопропускание ветрового стекла, передних боковых стекол и стекол передних дверей (при наличии) должно составлять не менее 70%.

Согласно частей 1 и 2 статьи 26.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

В соответствии со статьей 26.8 Кодекса РФ об административных правонарушениях под специальными техническими средствами понимаются измерительные приборы, утвержденные в установленном порядке в качестве средств измерения, имеющие соответствующие сертификаты и прошедшие метрологическую поверку.

Показания специальных технических средств отражаются в протоколе об административном правонарушении или постановлении по делу об административном правонарушении, вынесенном в случае, предусмотренном частью 3 статьи 28.6 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 26 июня 2008 года №102-ФЗ «Об обеспечении единства изменений» к применению допускаются средства измерений утвержденного типа, прошедшие поверку в соответствии с положениями настоящего Федерального закона, а также обеспечивающие соблюдение установленных законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений обязательных требований.

Результаты поверки средств измерений удостоверяются знаком поверки и (или) свидетельством о поверке (статья 13).

Как следует из материалов дела, 28 ноября 2010 года в 10 часов 20 минут на 12 км автодороги Южно-Сахалинск – Оха В. управлял автомобилем «Тойота Марк 2» с государственным регистрационным номером ****, у которого светопропускание передних боковых стёкол составило 1,8 % при допустимых 70%.

Измерение светопропускания передних боковых стёкол указанного автомобиля произведено инспектором ДПС И. прибором для определения светопропускания стекол «Тоник» №4589, имеющего сертификат №21483 и знак поверки до 23 сентября 2011 года, что зафиксировано в протоколе об административном правонарушении.

В этой связи полученные с использованием этого средства результаты измерения являются допустимыми доказательствами, подтверждающими несоответствие светопропускания стекол управляемого В. автомобиля требованиям технического регламента о безопасности колесных транспортных средств.

При таких обстоятельствах судья пришел к правильному выводу о наличии в действиях В. состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 12.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и правомерном привлечении его к административной ответственности.

Ссылка В. на то, что измерение светопропускания стекол производилось в дождливую погоду, не может быть принята во внимание, поскольку руководство по эксплуатации вышеуказанного прибора «Тоник» в качестве эксплуатационного ограничения это обстоятельство не предусматривает.

Довод заявителя о том, что замеры светопропускания стекол были произведены с нарушением порядка, установленного ГОСТ 27902-88 и ГОСТ 5727-88, судья правильно признал несостоятельным, так как Технический регламент о безопасности колесных транспортных средств не предусматривает осуществление проверки светопропускания стекол автомобиля в соответствии с положениями указанных ГОСТов.

Данные ГОСТы устанавливают порядок проверки светопропускания при изготовлении изделий из стекла для наземного транспорта, поэтому к спорным правоотношениям не применимы.

Основаны на неправильном толковании норм законодательства указания В. на то, что инспектор дорожно-патрульной службы не вправе осуществлять проверку технического состояния транспортного средства и использовать измерительный прибор, а также на то, что измерения могли проводиться только на стационарном посту сотрудниками подразделения технического надзора ГИБДД.

Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 2 марта 2009 года №185 утвержден Административный регламент Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения (далее – Административный регламент), который определяет порядок действий сотрудников органов внутренних дел, связанных с реализацией указанной государственной функции.

В соответствии с пунктом 39 Административного регламента контроль за дорожным движением включает в себя, в том числе, визуальное или с использованием технических средств наблюдение за движением транспортных средств и пешеходов.

Согласно пункту 40 Административного регламента контроль за дорожным движением может осуществляться в пешем порядке, на патрульном автомобиле в движении или в стационарном положении, на стационарном посту дорожно-патрульной службы (контрольном посту милиции, контрольно-пропускном посту).

Пунктами 63, 82 Административного регламента предусмотрены основания остановки транспортного средства, одним из которых является визуальное установление или зафиксированные с использованием технических средств признаки нарушений требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, предусмотренные статьями 8.23, 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно пункту 149 Административного регламента одним из поводов для осмотра транспортного средства является наличие оснований полагать, что транспортное средство эксплуатируется при наличии неисправностей или условий, при которых эксплуатация запрещена.

В соответствии с пунктом 5.3 Приложения №1 к приказу Министерства внутренних дел Российской Федерации от 7 декабря 2000 года №1240 «Об утверждении нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации по техническому надзору» одной из функций технического надзора ГИБДД является контроль за конструкцией и техническим состоянием транспортных средств, находящихся в эксплуатации.

Пункт 16.1 Приложения №1 к указанному приказу устанавливает, что при надзоре за дорожным движением контроль за конструкцией и техническим состоянием транспортных средств может проводиться на стационарных постах и контрольных постах милиции, контрольно-пропускных пунктах транспортных средств.

Исходя из анализа приведенных выше положений, инспектор дорожно-патрульной службы в соответствии с Административным регламентом, осуществляя контроль за безопасностью дорожного движения на патрульном автомобиле в стационарном положении, при визуальном обнаружении неисправностей или условий, препятствующих эксплуатации транспортного средства, вправе остановить транспортное средство и провести осмотр автомобиля с применением технического средства «Тоник».

Наличие у подразделения технического надзора ГИБДД функции контроля за техническим состоянием транспортных средств не исключает осуществление вышеуказанных полномочий сотрудниками дорожно-патрульной службы.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения судьи Южно-Сахалинского городского суда от 14 февраля 2011 года не установлено.

 

Судебные коллегии по уголовным и гражданским делам Сахалинского областного суда

опубликовано 21.11.2011 07:15 (МСК)